Тесть, зять из ВВС и мелкашка: история одной охоты...

[ис]

6

Тесть, зять из ВВС и мелкашка: история одной охоты...

Три свояка, не военные ни разу (бывший матрос, он же старший и хозяин, средний, мой папа, не служил, шатер, и младший, бывший старшина, сверчок) собрались колоть хряка, маленького такого, пудов на десять.
Старший резать не умеет, но сам, хозяин же. И бьёт хряка в шею, повредил горло.
Хряк с криком «убью гада» начинает забег по двору. Двор закрытый, дом с закрытым крыльцом, где благодарные зрители в лице нас, 4-х пацанов от 6 до 11 лет, и тётки с тазом для сбора крови. Итог:
спереди глухой забор с дверью и полукрышком над ней, на котором сидит один «охотник», напротив сарай с коньковой крышей, на ней второй. Третий верхом на заднем сплошном двухметровом заборе.
Ну, если с задним понятно, то как один влетел на полукрышек и как другой на конек сарая, я не понимаю и сейчас, спустя 55 лет.
Хряк бегал, пока сам не упал от потери крови. Зато мясо было чистое-чистое.
Кровь тётка собрала. Потом. С бетона и стен. Много было «красивых» слов о руках и прочих частях «охотников».
Самое смешное, что папа резал отлично, враз. Бил в шею, перехватывал гортань и «яремную жилу». Несколько конвульсий и всё.
Но хозяин барин.
Вспомнил Владимир Гусев в теме:
ссылка

Фото для иллюстрации.

И продолжение рассказов о военных охотниках:

— Запилила меня жена, - начал второй рассказ о своей охоте Николай Александрович, отставной "авиатехнарь":

— Мясо кончилось, езжай к отцу (тестю), забейте кабана. Он уже звонил, мол, Кольку жду.

Я прикинул это дело, да и в баньке русской давно не мылся, с тестем рюмаху надо поднять.

— Хорошо еду.

Ехать одному не с руки, предложил другу Вовке, капитану, он сейчас уже в больших чинах служит. Тот согласился сразу, без разговоров.

Тесть жил в деревне в десятке километров от аэродрома. На мотоцикл, мелкашку замотали в тряпку, пачку патронов и вперед.

Приехали. Дома никого нет. Ключ нашел, хотя тогда частенько дома в деревне не закрывали. Открыл дверь и правильно — за стол, сальца нарезал, лучок с огорода.

Что еще для души надо? Правильно, говорите, фляжка у нас с собой.

Открыли — накатили, покурили, опять накатили. Тут тесть, Владимир Алексеевич, потирая руки от предвкушения встречи с любимым зятем, нарисовался. Правильно, смеетесь.

Опять накатили, да не раз, поверх еще бражкой холодной залакировали. Всё, готовы к труду и, можно сказать, смертоубийству.

Кабанчиков было четыре, захмелевший тесть с горем пополам загнал трех в сарайку, оставив одного в загородке. Большой был? Да нет, килограммов на семьдесят.

Загородка была сделана из толстых жердей, затесанных с краев для гвоздей, это отмечаю, потом поймете для чего.

Вован загорелся:

— Дай я стрельну, ни разу еще не брал грех смертоубийства на душу.

А мне что, даю мелкашку:

— Стреляй, — показал на себе, куда целится. — Видишь уши, глаза, лоб, крестиком центр у себя пометил — сюда бей.

Вовка взял винтовку, отошел метров на десять от загородки, снайпер блин:

— Не могу в упор стрелять, — его слова.

Выстрел — кабан стоит, перезаряд, еще один — опять стоит, перезаряд, третий выстрел — опять стоит.

Сразу же мысль, патроны плохие, подошли ближе, нет, зря грешили, все три пули в трех жердях, разброс приличный.

Точно, «снайпер» Вовка, но винтовку не отдает, глаза горят, почувствовал азарт «охоты». Говорит:

— Сам убью, раз взялся.

Стал к забору. Что смеетесь? Правильно, промазал, ранил его.

Кабан с визгом начал нарезать круги, и братаны его, услышав крики, подключились. Не зря говорят, что животные переговариваются меж собой.

Дверка сарайки была хлипкой, свины надломили и тройкой на «помощь» вылетели к своему. Зря, конечно, вылетели.

Вовка меж тем перешел на беглый огонь. Ведь мишеней много бегущих появилось. Блин, охоту устроил, а тесть корректировал огонь. Пять раз попал, пока я не вмешался, да, по двум попал.

Пришлось забивать обоих.

А теперь представьте! Теща с работы, лето и полторы сотни килограммов мяса. Куда девать?

Это сейчас разные морозилки, а тогда один маленький холодильник.
Вот то-то, получили мы от тещи сполна. Правда, надо добавить, что получал в основном тесть.

Я же зять — лицо неприкосновенное, — засмеялся Николай и закончил:

— Зато в бане помылись, ну и, думаю, понятно, рюмка и не одна еще была, а как без неё.
ссылка