С возрастом нет-нет, да и начинаешь задумываться что от тебя останется у твоих близких – у детей, у внуков, у близких родственников. Я не про замки, бриллианты, акции, квартиры и земельные участки. Я про мелочи вроде старой чашки с блюдцем, часов на цепочке или хрустальной рюмки . Раньше с этим делом все обстояло хорошо – всегда в родительских сервантах стояли бабушкины и дедушкины чашки, рюмки, в ящикках комодов лежали дедушкины часы, запонки или любимый дедушкин штангенциркуль, который дедушке достался от прадедушки, или авторучка с золотым пером.
Теперь... Не знаю, что сказать про теперь. У меня, конечно, есть папины часы, которыми его наградили в трехсотлетию российского флота и стакан с мельхиоровым подстаканником, из которого он любил пить чай... У меня у самого два таких стакана с подстаканниками. Еще и чашка. Кому это все будет нужно... У меня и детей-то всего двое. Зачем им три стакана с подстаканниками. Им и один не нужен. Тем более внукам. Тем более, что живут они далеко, а ведь кроме подстаканников есть еще и хрустальные рюмки – шесть штук..., но я сейчас не о них. Сейчас о нематериальном – о словах, привычках и всем том, что нельзя потрогать руками.
От моей няни мне досталось слово «давеча», любовь к цветам на подоконниках, безделушкам на комоде, без которых не бывает уюта в доме, к простой русской кухне – кильке, квашеной капусте, картошке в мундире, щам и к постному маслу (так она называла подсолнечное). Всегда трижды, пусть и мысленно, плюю через левое плечо, если дорогу перебежит кошка и не сомневаюсь, что кто-то меня вспоминает, когда я икаю. Верю в вещие сны. Когда был маленький – всегда няне рассказывал о том, что мне снилось, а она мне объясняла, что к чему должно сниться. На всю жизнь запомнил, что сырое мясо – к болезни. Так оно всегда и было, но к старости что-то в этом механизме сломалось и однажды я заболел без всякого сырого мяса во сне. Лет с четырех или с пяти знал, к чему снятся собаки, что медная мелочь снится к плохим известиям и к слезам, а серебро к хорошим новостям и к письмам с хорошими известиями, что снится к перемене погоды, что плохие сны нужно рассказывать бегущей воде и тогда они не сбудутся. Утром, как проснулся – пошел в ванную комнату, открыл кран, рассказал свой сон воде, идущей из него, и все непременно обойдется. По крайней мере в детстве всегда обходилось. И еще она меня научила говорить: «С Богом», когда кого-то из близких провожаешь в дорогу. Особенно в дальнюю. То есть, она не учила, а просто так всегда говорила, когда кого-то провожала, в том числе и меня. Не всегда я это говорю вслух, но всегда произношу про себя.
Дедушка с папиной стороны оставил мне слово «чахотка», которым он называл меня из-за моей худобы. В детстве я был очень худым. Такая у меня была в детстве конституция. Где-то теперь эта конституция… и худоба. Дедушка умер очень давно, когда я еще учился в школе. Помню, как он любил сидеть на скамейке у себя в саду, растирал в своих огромных мозолистых ладонях сорванные листья мяты и нюхал их. Мне он тоже давал несколько листочков, чтобы я делал то же самое. Мне было лет пять или шесть и растирать получалось у меня не очень, но я старался. По крайней мере нюхал изо всех сил. Таких огромных рук как у деда у меня так и не выросло, садом я не обзавелся, но стоит листьям мяты попасть мне в руки, как я немедленно начинаю их растирать и нюхать. Видимо от него же мне досталась любовь к сочинению разных небылиц. Правда, дед сочинял разные смешные истории про соседей, особенно про тех, которых недолюбливал, за что бабушка его ругательски ругала. Правильно ругала – в маленьком захолустном городке, который был больше похож на большую деревню, сочинять истории про одних соседей и рассказывать их другим… Конечно, и я бы так с удовольствием делал, но не делаю потому что живу в мегаполисе, а какие в мегаполисе соседи... я их и в лицо-то не всегда узнаю.
От дедушки с маминой стороны мне, кроме имени, не досталось никаких слов и привычек, поскольку он погиб задолго до моего рождения - осенью сорок первого где-то в окружении под Черниговом. Правда, бабушка говорила, что он писал стихи и перед войной даже вышла книжка, но она не сохранилась, а может она и вовсе не собиралась выходить. Теперь уж не узнать. Бабушка плохо помнила, но какой-то участок, отвечающий за стихи, в какой-то из дедушкиных хромосом, наверное, был, раз я потом, через полвека стал писать стихи и даже написал их на целую книжку…, а иначе как это объяснить. От мамы, а ей от бабушки, мне досталось присловье «нашим врагам». Так говорится, когда сваливается на тебя какое-нибудь несчастье или счастье, от которого нельзя отказаться. Мама и бабушка это присловье употребляли часто. Даже когда я в детстве не ел кашу мама могла пожелать нашим врагам так ее есть, как я.
Папа мне оставил привычку всегда ходить в начищенной до блеска обуви, прислушиваться к советам, но делать все по-своему и две поговорки. Одна из них - послушай женщину и сделай наоборот, а вторая – никогда не жалей о сделанном, но всегда делай выводы на будущее. По молодости, для того чтобы сделать наоборот мне даже женщину не нужно было слушать, а уж сколько раз я пожалел о сделанном и, вместо того, чтобы задуматься о выводах… Теперь-то я стал не то, чтобы мудрее, но рассудительней и осторожней. Как то утро, которое вечера мудреней.
И еще. Как-то раз, в самом начале девяностых, зашел у нас с папой разговор о переменах. Мы тогда, надышавшись воздухом свободы как гелием, чувствовали легкость в мыслях необыкновенную и если и не витали в облаках, как воздушные шарики им надутые, то уж ног-то под собой точно не чуяли. Папа посреди моего рассказа о светлом и прекрасном будущем, которое стоит на нашем пороге, вдруг помрачнел лицом и сказал: «Уезжал бы ты отсюда. Здесь ничего хорошего не будет».
Уехал я позже, через два года после его смерти. Поработал недолгое время на другом краю света, в Калифорнии, вернулся и не жалею об этом. После возвращения выводов на будущее понаделал столько… и еще два раза по столько. И сейчас продолжаю их делать хотя пора и остановиться, потому как будущего осталось… Хорошо бы еще эту папину фразу удалить из головы, но она как попала туда, так и торчит там, как маленький ржавый гвоздь в ботинке и никак не выдергивается. Не могу сказать, что он мне сильно мешает при ходьбе, но к непогоде или в дни магнитных бурь, которые теперь случаются все чаще и чаще, как начнет ныть…**
*С возрастом и вообще начинаешь меньше жалеть о том, что сделано. Поздно об этом жалеть. Больше жалеешь о том, что сделать не захотел или не успел и уже никогда не успеешь. Впрочем, и об этом поздно жалеть.
**Детям от меня осталась на память привычка задумываться на ровном месте, сидеть, подперев голову левой рукой и любовь к конфетам «Коровка». Сыну еще и штангенциркуль, который мне достался от папы, а к штангенциркулю любовь к конструированию химических реакторов. Не так уж и мало, как мне кажется.
Михаил Бару
С возрастом нет-нет, да и начинаешь задумываться что от тебя останется у твоих (Прочитано 167 раз)