Она играла ведьм так жутко, что дети прятались под кровать, а в реальной жизни перекричала целый барак воров-рецидивистов и вышла победительницей.
В советском кино было много актеров, которых все знали в лицо, но мало кто мог назвать по имени. Мария Капнист была именно такой. Вы включали телевизор, видели на экране страшную старуху с пронзительным взглядом — и по спине пробегал холодок. Это она пугала зрителей в «Руслане и Людмиле» как колдунья Наина, заставляла ежиться в «Олесе» в образе Мануйлихи и выглядела жутковатой графиней в «Бронзовой птице». Ей даже грим был почти не нужен — сама судьба вырезала на ее лице такой рисунок, что режиссеры только ахали и сразу давали роли. За 35 лет в кино она снялась в 80 фильмах, и каждый раз ее персонажи запоминались намертво.
Но самое удивительное — это не её роли. А то, что скрывалось за этим пугающим обликом.
Мария Капнист была настоящей графиней. Её предки — знаменитый поэт Василий Капнист и легендарный атаман Иван Серко, тот самый, которого турки боялись как огня и называли «русским чертом». До революции её семья жила в роскоши: огромный дом на Английской набережной в Петербурге, семидесятикомнатный особняк в Судаке. А потом всё рухнуло. Отца-офицера расстреляли, сестра умерла от голода в 15 лет, брата увезли за границу, и его следы потерялись. Саму Марию с матерью спасли крымские татары — переодели в национальные костюмы, дали поддельные документы и помогли бежать.
Казалось бы, после такого можно сломаться. Но испытания только начинались.
В 16 лет она поступила в театральный институт, но её, как дворянку, отчислили. А потом были сталинские лагеря. Долгие годы ада. В лагере её бросили в воровской барак — специально, чтобы сломать. Но Мария не просто выжила. Она встала перед толпой отпетых уголовников и заорала: «Черви вонючие! Война идет, на фронте ваши братья гибнут, а вы тут над слабыми издеваетесь! Были бы у меня пули — я бы вас всех перестреляла!» И они отступили. Никто её больше не тронул.
В лагере она родила дочь Радиславу от поляка Яна Волконского. Ребенка отобрали в два года и отдали в детдом. Девочка долго не знала матери, не могла её принять, когда та наконец вернулась. Только в юности они смогли стать близкими.
После освобождения Мария Капнист вернулась в Киев и сразу пошла в кино. Ей было 44, но выглядела она на все 70 — лагеря не прошли даром. Именно поэтому ей давали роли старух, ведьм и графинь. И она играла их так, что зрители верили: перед ними настоящая нечистая сила.
В её жизни была трагическая любовная история. Мужчина, который помогал ей в лагере, рисковал жизнью, отправлял передачи, ждал её долгие годы. Когда Марию освободили, он встретил её на вокзале с огромным букетом. Но не узнал. Прошёл мимо несколько раз, потому что помнил её молодой и красивой, а перед ним стояла измождённая старуха. Он отдал цветы случайной женщине со словами: «Вас не встретили, и я не встретил ту, кого ждал». Мария окликнула его, он обернулся и был в шоке. Предлагал потом руку и сердце, но она так и не смогла простить ему той встречи на вокзале.
Умерла она в 80 лет, выходя с киностудии после того, как договорилась о новой роли. Переходила дорогу в неположенном месте — потому что после лагерей у неё была клаустрофобия, она панически боялась подземных переходов. Её сбила машина.
Похоронили Марию Капнист на родовом кладбище в селе Большая Обуховка на Полтавщине, рядом с её знаменитым предком. На фамильном гербе Капнистов написано по-латыни: «В огне не горит». Она прошла через ад, потеряла всё — красоту, здоровье, семью, свободу. Но осталась женщиной с огромным сердцем и несгибаемой волей. Настоящая аристократка, которая не сломалась даже тогда, когда сломаться было проще всего.
Она играла ведьм так жутко, что дети прятались под кровать (Прочитано 342 раз)