"Я искренне считаю, что невозможно заразиться от причащения". Интервью с батюшкой о коронавирусе
Что изменилось в церковном обиходе с объявлением пандемии и почему РПЦ отказывается закрывать храмы из-за коронавируса? Объясняет иерей Павел Коньков.
Отец Павел Коньков - настоятель храма в честь иконы Божией Матери «Всецарица» при больнице им.Семашко города Рязани, председатель Молодежного отдела Рязанской епархии рассказал об отношении цервки к коронавирусу и о том, почему РПЦ не спешит закрывать храмы на карантин.
– В связи с коронавирусом в городах закрывают магазины, кафе и другие общественные места. Однако РПЦ сейчас противится ограничениям. Как думаете, почему? Не страшно ли подвергать прихожан опасности?
– Дело в том, что церковь живет литургией, поэтому и ограничения воспринимаются как рекомендации. А с рекомендациями - все остается на желании, но это желание мы не можем ограничить. Да и если отнять у людей последнюю надежду на Бога - вот тут начнется совсем плохая ситуация.
– Незадолго до этого Патриарх Кирилл издал инструкцию с новыми правилами причастия: протирать ложечку, использовать одноразовую пропитку, утилизировать воду. Вводили ли вы ограничения в вашем храме? Если ли у вас локальные временные правила?
– Да, мы, конечно, все это используем. И эти инструкции не просто ввел Патриарх - их одобрил священный синод, утвердил и разослал по епархиям. Но там отводится место на местные особенности. В нашей области на базе этих синодальных предписаний были разработаны свои собственные, которые мы в мир и проецируем. И дело касается не только причастия - дело касается церковного обихода. У нас в храме довольно-таки дружелюбная атмосфера - все друг с другом здороваются, обнимаются, но как только было объявление, что в церкви нужно вводить особый режим, конечно, мы его придерживаемся.
Люди сейчас не целуют крест, люди не прикасаются к чаше после причастия - да, это все есть, безусловно. И мы это делаем довольно-таки спокойно и свободно. Я служу в больничном храме, и до этого массового дела [коронавируса] привозили людей с менингитом. И мы всегда ходим причащать людей с менингитом или открытой формой туберкулеза - никто никогда из священников не заболел - ни разу.
Ввели такие предписания - хорошо, будем их придерживаться, потому что это не оскорбление таинства - это просто та особенность, с которой нам пока что нужно жить.
– Ситуация с коронавирусом как-то отразилась на количестве прихожан?
– Я не заметил, чтобы их стало меньше. Сейчас детей меньше, поскольку разъехались все по деревням. Поэтому я думаю, что в сельских храмах народу побольше. А у нас так же, но с корректировкой на детей.
«Если бы люди, которые это все критикуют, реально сидели дома и не вылезали оттуда - тогда да»– В середине месяца в Москве стали проводить крестные ходы, а в Казанский собор привезли мощи Иоанна Предтечи, к которым прикладывались люди. Некоторые писали, что в нынешних условиях такое поведение небезопасно. Как вы к этому относитесь?
– В этом вопросе никогда, наверное, не будет единого мнения, потому что для людей верующих Христос - это живая личность, которая может чего-то допустить в жизни и которая может чего-то не допустить. Для людей, далеких от веры, этого понимания нет, для них церковь - это клуб по интересам, где можно собраться, пообщаться и все. Но нормальное религиозное понимание основано на том, что это не просто клуб по интересам - это серьезная работа над собой с живым личностным Богом.
Но что такое ограничить массовое скопление людей? Если бы закрыли в первую очередь фудкорты огромные многотысячные в торговых центрах, которые собираются ежедневно. Наш храм вмещает человек сто от силы, но эти сто человек ведут порой настолько замкнутый образ жизни, что они встречаются только в храме и знают лишь одну соседку за углом.
Когда люди говорят: «вот, мощи Иоанна привезли, все целуют их» - ну да, но ведь те же самые люди, которые критикуют церковь, могут вечером пойти куда-то поужинать и возьмут в руки деньги, будут есть из тарелок, которые в общепитовских заведениях не так уж тщательно дезинфицируют. Так что, повторюсь - общего мнения мы здесь никогда не найдем.
Если бы люди, которые это все критикуют, реально сидели дома и не вылезали оттуда - тогда да. А так они ездят в общественном транспорте, ходят в кино, встречаются с друзьями. А чем это отличается?
«Я искренне считаю, что невозможно заразиться от чаши, невозможно заразиться от причащения»– В конце января настоятель китайского патриаршего подворья в Москве протоиерей Игорь Зуев высказался, что «опасности заражения от причащения от одной чаши нет. Ее и быть не может, ведь в чаше не просто хлеб и вино, а сам Христос». Насколько это распространенная точка зрения?
– Я действительно считаю, что невозможно заразиться от чаши, потому что чаша - это самое сакральное дело в церкви. Мощи, крестные ходы, чудотворные иконы - это все здорово, но тело и кровь Христа - это самые главные святыни всей христианской церкви. Это таинство, которое мы понять до конца не сможем, наверное, никогда в жизни. И действительно я искренне считаю, что невозможно заразиться от чаши, невозможно заразиться от причащения, поэтому я поддерживаю слова этого священника.
Я честно стараюсь ни над кем не доминировать - все основано на свободе и любви. Хочешь причащаться - приходи, не хочешь - в принципе это твое дело. Никто тебя ругать за это не будет, никто косо не посмотрит. И это не зависит от коронавируса или другой эпидемии - все на свободе.
Автор: Надежда Кузнецова
Anews: все новости и блоги
"Я искренне считаю, что невозможно заразиться от причащения". (Прочитано 923 раз)