После конца света в живых остались лишь двое: мужчина и женщина.
— Что ж, — сказала женщина, развязывая свой галстук. — Думаю, мы должны продолжить человеческий род немедленно. Слезай с байка и раздевайся. Хотя нет, просто раздевайся.
— К черту человеческий род, — спокойно ответил мужчина. — Без людей планета наконец вздохнет спокойно.
— Что ты такое говоришь! — недоумевающе воскликнула она. — Это наш долг!
Мужчина с интересом прикурил сигарету зажигалкой Zippo и сказал:
— Расслабься, детка. Все, кому ты была должна, мертвы.
— Но рожать детей — это моя обязанность перед Богом, — сказала женщина, вскинув черные, как нефть, брови. — Особенно теперь!
— Если бы Бог хотел продолжения человеческого рода, он оставил бы вместо меня кого-нибудь другого, — усмехнулся в бороду мужчина.
— Да ты с ума сошел! — возмутилась женщина, расстегивая на себе китель. — Мы должны бороться за продолжение человечества! Скорее! Никто не знает, сколько мы с тобой протянем! Мы должны воспитать детей!
— И… приучить их к инцесту? — спросил мужчина, слезая с мотоцикла.
— Что?..
Она перестала раздеваться.
— Иначе ведь не получится продолжения рода, ты об этом подумала? Нашим детям придется заниматься любовью друг с другом либо с нами, чтобы заново заселить Землю. Это все еще кажется тебе разумным?
— Адам и Ева на это пошли, значит, и мы сможем! — оживилась она, потянувшись к его ремню.
— Адам и Ева совершили величайшую глупость, — сказал мужчина, одернув ее руки. — Семь миллиардов потомков инцеста — что может быть порочнее?
— Но что противопоставить пороку, как не любовь? — сладко запела женщина. — Давай же заниматься ей до изнеможения, пока не кончатся силы!
— Ничего не выйдет, детка, — отстранив ее, сказал мужчина.
— Почему? Ты что, импотент?
— Нет.
— Ты бесплоден?
— Вряд ли.
— Но разве ты не видишь, что от нас зависит судьба всего мира? Ты хоть понимаешь, какая это ответственность?
— О, да! — засмеялся мужчина. — И я не собираюсь ее нести!
— Но мы должны восстановить баланс системы!
— Система сама восстановила баланс, уничтожив человечество!
Мужчина сел на капот разбитого автомобиля и прикурил сигарету от сигареты. Женщина распустила длинные светлые волосы и скинула китель. Она расстегнула верхние пуговицы блузки, опустилась на четвереньки и поползла к мужчине, царапая голые колени о камни.
— Ты не сможешь долго противиться, — нежно шептала она. — У тебя нет других вариантов, и ты уже начал понимать это. Ты не можешь противиться своей природе. Ты хочешь меня и ничего не можешь с этим поделать…
Мужчина достал из-за пояса револьвер.
— Не вынуждай меня, детка, — сказал он.
— Чертов педик! — женщина резко поднялась с колен. — Педик! Знаешь… к черту это все! Ты такой мудак, что я не хочу с тобой слиться в экстазе
, даже несмотря на то, что ты — последний мужчина на Земле!
— А вот это уже интересно, — сказал мужчина. — Значит, чтобы отстоять свои принципы, ты готова пожертвовать даже продолжением рода?
— Лучше прекратить человеческий род, чем плодить и дальше таких, как ты! Из-за вас, циничных и злых людей, и наступил конец света!
— Конец света наступил, потому что мировые лидеры не смогли поделить планету, — отвечал мужчина. — А я не признаю никакую власть, и такие, как я, к ней не стремятся. А теперь посмотрим на твой китель. Что это на нем, детка? Подполковничьи погоны? Скажи мне теперь, чьими руками велась Третья мировая? Чьи похотливые пальчики вызвали оргазм у ядерных боеголовок?
Мужчина сплюнул и сунул револьвер обратно за пояс.
— Ты ненормальный педик, — сказала последняя женщина на Земле. — Мне тебя искренне жаль. И мне не о чем больше с тобой разговаривать. Хочешь сдохнуть — сдохни! Без таких черных душой людей новое человечество будет только лучше. Я сама займусь им. Я найду уцелевший банк спермы и оплодотворю себя!
— Зачем?! Зачем, женщина, зачем тебе это нужно?! — закричал мужчина. — Ты пойдешь на все, чтобы сохранить жизнь, но зачем?!
— Я не знаю.
— Так подумай! Отбрось все, чему тебя учили другие, и подумай хоть немного своей головой. Подумай, и тебе станет ясно, что человек — млекопитающее лишь внешне, а его разум — это вирус. Мы заполонили всю планету, загрязнили все водоемы, начали плодиться в геометрической прогрессии, притесняя все остальные виды. Посмотри на себя. Ты родилась на закате человечества, в эпоху невероятной скорости жизни. Ты выполняла все, что тебе приказывало начальство, верила всему, что вещали СМИ, иногда переодевалась из своего кителька в платье, которое выбирала в модном каталоге. У тебя не было ни своего мнения, ни времени обдумать что-либо, но главное — не было никакого выбора. А теперь он есть, а ты хочешь опять все испортить! Ты ведь можешь избавить все последующие поколения от мучений и бессмысленности, которые пережила сама.
Женщина со вздохом произнесла:
— Я согласна, что все было не очень гладко. Я даже понимаю, почему такие, как ты, считают смерть величайшим даром. Но я сделаю лучше! Я смогу! Я всегда знала, что я особенная!
— Тут ты снова очень ошибаешься, поэтому я не позволю тебе этого, извини.
— Но ведь я могу воспитать новый мир по-новому! — закричала женщина. — Он будет таким, каким я захочу! Он будет в тысячу раз лучше прежнего! Он будет справедлив и прекрасен, все люди будут в нем равноправными и счастливыми! В нем не будет войн и голода! Он будет… прекрасен!
С последними словами в ее глазах заблестели слезы.
— Почему ты плачешь? — спросил мужчина, посерьезнев и бросив сигарету.
Женщина не ответила. Слезы уже катились по ее щекам.
— Почему ты плачешь? — повторил он, осторожно приближаясь. — Разве это слезы радости за новый мир?
Блондинка закивала, закрыв лицо руками. Мужчина подошел вплотную.
— Нет, милая, это не слезы радости. Просто ты начала понимать, что кто-то из твоих внуков и правнуков будет сильнее других, а кто-то — умнее. Умный всегда подчинит себе всех остальных с помощью сильного. Снова будут города, государства, империи, снова воцарится неравенство и рабство — это неизбежно. Жадность и похоть снова победят. Ты можешь придумать своим детям закон, но кому ты доверишь блюсти его после своей смерти? Ты можешь описать своим детям еще более строгого, доброго и всемогущего Бога, но рано или поздно они и его перестанут бояться. Они начнут говорить с другими от его имени. Ты начинаешь понимать, что как бы ты ни старалась — все впустую.
Женщина всхлипывала и отстранялась от мягких прикосновений мужчины. Она отступила и прижалась спиной к полуразрушенной стене, слезы текли по ее шее, пропитывая серую ткань военной формы.
— Поплачь, дитя, — сказал последний мужчина на Земле, бережно взяв ее за плечи. — Ты первый раз столкнулась с такой ответственностью, хотя раньше даже не могла задуматься о ее масштабах. Не слушай меня. Думай сама, ибо раньше у тебя не было такой возможности.
— Говоришь так, словно у тебя она была! — выпалила женщина.
— О, у меня были годы одиночества и тысячи мудрых книг, — улыбнулся он. — Прости, что я был с тобой груб. Мной тоже порой владеют и гнев, и жадность, и похоть, равно как и всеми людьми. Поверь, если бы существовал способ уничтожить эти пороки, оставив в живых человеческий род, я бы знал.
Женщина утерла слезы и наконец поддалась объятиям. Мужчина гладил ее по голове и успокаивал речами.
— Поплачь, — говорил он. — Поплачь о мире и пойми, что не сможешь сделать его лучше, будь ты хоть самым мудрым правителем.
— Я не о мире плачу, — сказала женщина. — Я плачу о тебе и о твоем неверии. Оно столь заразительно, что я едва не стала его жертвой.
Раздался выстрел. Мужчина упал на колени. В руке женщины дымился его пистолет.
— В одном ты был прав, — сказала она. — Я пойду на все, чтобы сохранить человеческий род.
— Но почему? — прохрипел он, ощущая во рту привкус крови.
— Потому что я не исполнена мести, как ты, — сказала она. — Даже сейчас, понимая, что вся моя жизнь была полным дерьмом. Именно поэтому я знаю, как сделать жизнь следующих поколений лучше. После твоей смерти я извлеку твои тестикулы и отыщу в них живое семя.
— Не смей, — из последних сил хрипел мужчина. — Мир, основанный военным, хуже войны.
Женщина направила ствол в его лоб.
— Прежде, чем ты умрешь, я хочу тебе кое в чем признаться. Судя по всему, ты всерьез думаешь, что я подполковник. На самом же деле конец света застал меня на съемках фильма. Я была порнозвездой. Несколько удивлена, что тебе незнакомо мое лицо.
— Это неудивительно, — опустив голову, сказал мужчина.
— Почему же? — блондинка взвела курок.
— Потому что я был священником.
Прозвучал выстрел. Человечество снова нашло лазейку.
© Сергей Иннер
После конца света в живых остались лишь двое: мужчина и женщина. (Прочитано 2230 раз)