Арест

[Миссис уксус]

0

АРЕСТ
 
Шашлыкова ловили всем отделом. Прибежала старуха, кричала страшно. Говорит: убил человека и труп унес. Как убил, какого человека и зачем унёс, не пояснила. Но слово «убил», звучащее в отделе милиции, активирует все живое к быстрым передвижениям. Кто видел кадры из фильма Эйзенштейна про взятие Зимнего, тот понимает, о чем речь. Только движение было наоборот. Тот случай, когда Зимний берет матросов.

Опера на ходу решали сложную задачу. Вопрос: зачем бывшему вору Шашлыкову, сидевшему при всех генсеках, кого-то убивать и, прости господи, уносить? Если ты кого-то прибил на глазах свидетелей, то прятать потерпевшего куда бы то ни было уже нет никакого смысла. Если, конечно, цель не шашлыки. Ну и, потом, труп прячут в багажник тойоты и увозят. Его бросают на крышу вагона поезда сообщением Москва – Хабаровск. Подкладывают в контейнер на сухогруз, уходящий на Мадагаскар. Но убить кого-то и унести с собой, чтобы замести следы, это, если не употреблять сильных выражений, немного неестественно. Хотя, как сказал начальник отдела, мы говорим о Шашлыкове.
Шашлыков торговал рыбками на рынке. Цихлиды по сто пятьдесят, гуппи – по сорок. Тысяч – в то время, кажется. Весу в нем было килограммов пятьдесят. Он когда вуалехвоста сачком из аквариума вытаскивал, краснел от напряжения. С таким лицом штангист Власов шел на мировой рекорд. Идея о том, что он мог нести на себе труп, выглядела утопической. Труп нес на плече Шашлыкова – эта версия выглядела более убедительной.
Сотрудники веером разошлись по территории. Опера сразу взяли курс по связям Шашлыкова. Особое внимание уделялось миграционным тропам. Через час отдел ломился от людей, представляющих разные времена года. Кто в трусах, кто в пальто. В чём взяли, в том и привели. С бутылками водки, пельменями, топором. Ни одного с книгой или пюпитром. Правда, у одного был пионерский горн под пиджаком. Как это было кстати после утреннего заявления о кражах в школе и первого в районе секс-шопа. Одного привели с ежом в коробке из-под утюга. Первый называл второго Семёном и пытался развернуть. Тот не разворачивался. Первый его бил и кричал от боли. Семён в это время, похоже, спал.
Все доставленные были синие как птицы счастья завтрашнего дня. От сияния зубов из рандоли по стенам метались зайчики. Стукачи были поставлены на уши. Сексоты поползли по хазам и малинам. Обе камеры в райотделе были заряжены наседками. Ближе к обеду выяснилось: Шашлыков ночью побывал у сомнительной женщины.
Взялись за сомнительных женщин. За час отдел превратился в сомнительный дом. Синих поместили в одну камеру, этих во вторую. Плотность населения в отдельно взятом райотделе повысилась до десяти человек на один квадратный метр. С прибытием этих синим стало веселее. Это был первый случай, когда банки с сардинами и шпротами разговаривали друг с другом. Беседы велись на такие темы, что помощник дежурного трижды выходил на улицу, чтобы с наслаждением выкурить сигарету.
Взятая в пеньюаре под офицерской шинелью без погон гражданка Коробкова раскололась: был Шашлыков. Пили. Пытались создать содомическую атмосферу общения. Коробкова из кожи вон лезла, но Шашлыков не мог собраться и проявить твердость характера. Избрал гибкую форму общения. Потраченная на это дело водка с закуской были выброшены на ветер. И тогда Коробкова сказала Шашлыкову: делай что хочешь, но чтобы у меня было удовлетворение. Широкое как море и яркое как костер. Иначе она всем расскажет, что его сомик-платидорас сдох. Шашлыков сказал: всё будет окей. И исчез. Через два часа он кого-то убил и унёс.
У оперов начались приступы мигрени. Старуху допросили в пятьдесят восьмой раз. Она в пятьдесят восьмой раз подтвердила: это был не маразмус синилис. Это был Шашлыков, и он нёс на плече завернутый в простынь труп. Она своими глазами видела ноги и длинные волосы. Наконец-то выяснилось: труп женский. Хоть что-то.
Участковые совершили обход на предмет обнаружения без вести пропавших женщин. Оказалось, таких очень много. Женщины неожиданно пропали утром, и до сих пор от них ни весточки. Такого с ними раньше не случалось. При сопоставлении фактов, имен и фамилий было установлено, что все они находятся в камере отдела полиции.
Ближе к вечеру пришла непредсказуемая информация. Шашлыкова видели на улице Широкой. Он шел по темной стороне. Старался не привлекать к себе внимания. Ну, как старался. По-прежнему нёс на себе женский труп. Старуха не обманула – видели длинные волосы. Сначала опера хотели выйти во двор и залпом застрелиться. Но любопытство взяло верх. Их уже не интересовало раскрытие убийства. Им хотелось во что бы то ни стало поймать Шашлыкова, чтобы задать ему один единственный вопрос – зачем он целый день носит труп по району.
Сомнительных женщин и синих выпустили из райотдела. Должен же Шашлыков куда-то прийти с трупом. А так парню деться некуда – ходит по району весь день как неприкаянный. И носить тяжело, и закопать жалко. Что-то подсказывало, какое-то седьмое чувство убеждало – засаду нужно делать в квартире гражданки Коробковой. Подсказывало, потому что больше никакой информации не было. Все действия опираются на логику. Шашлыков логики не допускал.
Ближе к полуночи в дверь Коробковой позвонили. Опера в дальней комнате встали в стойку. В прихожей послышался леденящий кровь скрип. А потом - голос Шашлыкова:
- Как видишь, солнышко, Шашлыков слов на ветер не бросает.
- А это что? – раздался вопрос Коробковой.
- А это - не удержался.
Аномальность разговора заставила оперов выйти из комнаты и увидеть странную картину. Посреди комнаты стояла гражданка Коробкова с огромным предметом в руке. Она напоминала статую Свободы, опустившую руку. А у порога лежала резиновая женщина. Приспущенные веки ее глаз гарантировали наслаждение. Фигура звала. Шашлыков тяжело дышал. Было видно, с каким трудом ему удалось затащить её в дверной проем.
Впечатленный размахом поиска воров, похитивших из его магазина резиновый фаллос и женщину из полихлорвинила, владелец секс-шопа хотел отблагодарить всех участников операции редкой для 1993 года продукцией. Но встретил непонимание.
- Мы здесь не за мзду работаем, - сказал ему начальник отдела, тщательно выбирая слова. – Не мздою и руководствуемся.

© Вячеслав Денисов