Мавридика де МонбазонАлё, пап...-Алё, Никита, слышишь? Ну что ты молчишь, алё...
-Алё, женщина...вы ошиблись...
-Алё, Алё, Никита...ой связь плохая...Алё, слышишь, Никита...Никита, алё...Да ответь же Никита...Как мне теперь жить? Не знаешь?
-Женщина. вы слышите, алё...я не Никита, алё-алё...я Алёшин...Константин Алёшин
-Алё, папа, пааапа, алё
Сначала Алёшин рассердился на непонятливую женщину, звонившую к нему с претензиями.
А потом решил подыграть, он подумал, что это розыгрыш...
Они звонили каждый вечер, сначала нервная женщина, рассказывала быстро про сына. Про его здоровье, про прививки, про успехи в саду
А потом трубку брал мальчик...Сначала совсем малыш, а потом всё старше и старше...
Малыш рассказывал про Кольку, который ударил его, про девочку Иришу, у которой большие голубые глаза и огромные банты...
Он никогда не просил отца прийти, не просил подарков, он просто рассказывал, про свою крохотную жизнь...
Через время Алёшин втянулся и ждал этих звонков...
Однажды они не звонили целых десять дней...
Алёшин очень беспокоился, куда подевался малыш, имени которого он не знал и его мама...
Он поставил себе новомодную штучку на аппарат, определитель номера, но видимо зря...
Через десять дней звонок раздался, как колокол...
Алёшин быстро-быстро заработал руками, направляя коляску в гостиную, хоть бы успеть, билась одна мысль, - хоть бы успеть...
-Алё, -сказал Алёшин с волнением, -алё...
-Алё, папа. Ты не потерял нас? Алё... Мы ездили с мамой на море... Как жаль, что тебя не было с нами...
Первый раз мальчик хоть как-то выразил желание, чтобы отец был рядом...
Он рассказывал и рассказывал, про море, пальмы, чаек, волны, про то какие котлеты давали в санатории, а в конце вскользь упомянул про дядю Валю...
Потом трубку взяла Она
-Алё, Никита, слышишь, Никита...я молодая женщина, я ...красивая, да-да, Никита, я красивая между прочим...Валентин, он мой коллега. Мы вместе работаем в бюро...Никита, ответь хоть раз...
Алё, алё...Никита..да что за связь...
Он никак не мог узнать их номер. Зачем ему это?
Алёшин не знал... Именно на их номере эта новомодная штучка давала сбой...
Алёшин напряг друзей, которые перешерстили все дома отдыха, все санатории в Крыму, Сочи и Анапе и нашли несколько сотен отдыхающих с именем Валентин...
Двадцать из них отдыхали с молодой женщиной и ребёнком, восемь с ребёнком садиковского возраста, пять с не своим ребёнком...
Вот номера этих пяти и попросил Алёшин, а так же женщин, с которыми отдыхали эти Валентины...
Ни один женский голос не подошёл даже близко...
А вечером опять позвонили они...
-Алё, Никита, ты что спишь? Никита...Костик приболел, поговори с ним...
-Алё пап, а ты не мог бы приехать, хоть на секундочку...
Алёшин начал говорить, говорить, говорить, просить адрес...но понял, что его не слышат...
-Алё, Костя, дай маму, слышишь...Костя...дай маму...
Но трубка уже пикала пи-пи-пи...
Алёшин жил этими звонками, вернее не так, они помогали ему выжить. Он радовался победам и переживал неудачи мальчика, по имени Костик.
Любил слушать уставший, гневный, весёлый или наоборот грустный голос мамы Костика, и ему становилось теплее.
Он уже давно смирился с тем, что связь односторонняя, он их слышит, а они его нет...
Алёшин сидел в коляске, со спортом покончено, сказали врачи, учитесь жить так...
И с жизнью тоже, подумал Алёшин...
Но странным образом, эти звонки вернули ему вкус жизни...
Алёшину захотелось встать и подойти к окну, ногами...
Костик рассказывает ему про снег, как он любит кататься на коньках и мама с дядей Волей отдали его в хоккей...
Алёшину резануло слух, это слово.
Дядя Воля, откуда-то он его знает, слышал...Дядя Воля...
И он ещё сильнее захотел встать и пойти, найти малыша Костика...
Только сейчас Алёшин подумал, что Костика зовут так же, как его Алёшина.
Ведь он тоже когда-то был Костиком, и Котиком, как звала его мама... Это потом он стал Константином Алёшиным, центральным нападающим...
Они опять не звонят. Но Алёшин знает, они поехали к бабушке, дяди Волиной маме... Костик предупредил
А у Алёшина начали шевелиться большие пальцы на ногах. Он их пока не чувствует, но они дёргаются, совсем чуть-чуть. Он видит...
Приходили друзья, отметили что он повеселел. Шумные, стесняются своего здоровья, сил, прячут глаза...а он не хочет чтобы они уходили, раньше хотел...
Друг пришёл, Мишка, ушёл из спорта подростком, в оперативники... Дружат всю жизнь. Сказал, что он Алёшин даже помолодел
-Любовницу что ли завёл? Смотри, Галке расскажу...
Посмеялись.
Галка младшая сестра Мишки, влюблённая в Алёшина с детства, и стесняющаяся его... Хорошая девочка, у них могло бы получится...но он прогнал её, зачем портить девчонке жизнь...
Мишка предложил вывезти его на улицу, позовёт ребят и ...
Но Алёшин отказался... Только своими ногами, только так.
Хорошо, согласился Мишка, это добре... Своими ногами это вещь...
-Алё пап, папа...я ударился у меня теперь шрам, представляешь, он буквой г, прямо под глазом, под правым...
Дядя Воля сказал, что шрамы украшают мужчину... Было много крови, мама плакала... Но мне не было больно, так...совсем немного...
-Алё, Никита...я не знаю, как так получилось. Но глаз цел, просто шрам, к подростковому возрасту он затянется...
Её голос был уставшим и таким...родным... Таким... как космос...
Алёшин с тройным усердием начал заниматься и стараться встать на ноги... Он найдёт их, мальчика Костика и его маму...
-Привет...
-Привет, Галь...
Я принесла тебе фруктов. Мишка сказал, что ты скоро растолстеешь и не влезешь в кресло...
Алёшин засмеялся, юмор у друга специфический...
Галя смотрит прямо, своими серыми глазами в окружении чёрных, пушистых ресниц. Она не отводит взгляд от его исхудавшего лица, от рук - плетей, от худых ног...
Галя стала приходить чаще, он ждал её, как и звонков от тех, других...
Алёшин встал, качаясь и держась за подоконник, но он встал...
Как там они сказали? Привыкайте жить так? Ну уж нет... Он Алёшин, сам Алёшин, а не какой-нибудь там...хлюпик...
-Алё, пап... Папа... Мама выходит замуж...за дядю Волю... Он хороший, ты не думай... Я люблю тебя, папа. Но я тебя совсем не помню, ты приходишь ко мне только во сне... Почему ты никогда не отвечаешь мне, папа...
-Алё, Никита, я выхожу замуж... Прости...Ты дурак, Никита... Зачем ты это сделал? Я любила тебя... только тебя, слышишь, Никита... Сыну нужен отец, понимаешь... Валя он хороший, но он не ты... Я знаю, что ты не мог поступить иначе. Я расскажу ему ... потом... он поймёт...
В эту ночь Алёшин не мог уснуть, он набрал Галю, она сразу сняла трубку
-Я сейчас приеду...
Он даже не успел сказать слово...
Она стала приезжать по вечерам, всё чаще, а он ждал и упорно пытался начать ходить...
-Алё, папа...папа...я...теперь не Колыванов, пап...я Алёшин...
-Алё, Никита...Знаешь, Костик идёт в школу, он начал задавать вопросы почему у нас разная фамилия... и Валентин...он усыновил его, слышишь, Никит... Так надо...так правильно... прости...
Алёшин смотрел на телефон и крупные слёзы катились по его лицу. Так не бывает, такого не может быть, он трогал шрам под правым глазом в виде буквы г, и вспоминал, вспоминал...
Алёшин не помнил родного отца, он был малыш, когда тот шагнул в тот горящий дом, отец был пожарным, он делал свою работу... Маленькая девочка плакала за котёнком, который кричал в горящем доме и он ...шагнул...в вечность...
Маленький Костик снимал трубку телефона и говорил с папой
-Алё, пап, -говорил малыш и прислушивался, прислушивался к тишине... Иногда ему казалось, что папа отвечает ему... А потом и мама, чтобы не сойти с ума, подхватила эту игру... Алёшин вспомнил...
Но как? Через годы, как? Это что, чья-то злая шутка? Как такое может быть?
-Але, мам, привет. Что делаешь?
-Привет, сыночек, да вот на день рожденья тёти Тани Осиповой собираемся с отцом. Ты там как? Можно мы приедем?
-Да, приезжайте...отцу привет...
-Конечно милый. Мы завтра приедем, хорошо?
-Да...мам
Он вспоминал, отец когда-то не был отцом, он был дядей Валей, а потом дядей Волей, а потом... через время стал отцом... Ведь папа у него уже был. Отец хорошо его воспитал, Алёшин благодарен ему...
Но как всё же эти звонки...
-Мам, отец не слышит нас?
-Нет конечно, он же на балконе что-то мастерит не может без дела
-Мамочка, не сочти меня за сумасшедшего, сдвинувшегося умом, но я должен спросить... Мам, помнишь...когда не стало папы...прости, прости...мне это важно... Помнишь, я брал телефон и звонил ему, рассказывая как прошёл день, а потом и ты...
Мать сидела молча, закрыв глаза...
-Помню сынок, тогда это был единственный шанс не сойти с ума. Эти звонки помогли мне выжить, нам с тобой выжить...
-Мам, только не думай, я не пью и ничего не употребляю, мам...они спасли меня опять, эти звонки…
И Костя рассказал матери. Непонятно было, поверила ли она, что сын не тронулся от боли и одиночества, ведь он никому не разрешал приходить и приезжать к себе...
Она с печалью смотрела на своего мальчика, главное не заплакать
Он в напряжении смотрел на часы. Звонок раздался неожиданно.
-Мама, возьми трубку, быстрее, я прошу тебя, ма
-Алё, -женщина несмело прижала трубку к уху, -алё...
-Алё, папа... Папа слышишь? Мы переезжаем, с мамой и отцом. Ты не звони сюда и не приходи. Я позвоню сам, как только установят телефон, не теряй нас. Я люблю тебя, папочка
-Алё, Никита, Никита...я наверно больше не позвоню, прости и прощай...
Мать сидела замерев, слушая гудки в трубке, по её щекам текли слёзы...
-Как такое возможно, сын?
-Я не знаю, мама...
-Может это розыгрыш?
-Какой, мам? Кто так будет зло шутить и заморачиваться...
-Я хочу туда позвонить...
-Ты помнишь номер?
-Да...о, пошли гудки, алё...
-Магазин Детский Мир, говорите.
Вскорости Алёшин встал на ноги и пошёл, не могло быть иначе.
С Галей они справили тихую свадьбу. Телефон Алёшин отключать не даёт, и номер менять не разрешает.
Дети и внуки смеются над закидонами отца, но он молчит, и Галя молчит... Она знает, они ей рассказали и она поверила...
Алё, пап... (Прочитано 1418 раз)
Похожие темы (5)
