Тот осенний день 1755 года был праздничным. Жители столицы Португалии с размахом отмечали День всех святых. 1 ноября принарядившиеся лиссабонцы отправились на службы в церкви. И как раз в их разгар ощутили толчки тверди земной, которая, казалось, вот-вот разверзнется и поглотит несчастных. Видимо, за их прегрешения.
Шпили церквей покачнулись. Жилые здания начали складываться как карточные домики, погребая под развалинами кричащих от ужаса людей. Жертвами стихии стало около 100 тыс. человек. Порядка 90% населения Лиссабона погибло. Пострадали также 16 городов и бесчисленное количество деревень
Среди оставшихся в живых царила паника. На руинах полыхали пожары, рыскали мародёры. Возникла реальная угроза эпидемии. Ярость стихии, которую впоследствии назовут Великим лиссабонским землетрясением, современники оценивают примерно в 8-9 баллов. Естественно, серьёзно пострадало культурное достояние страны – в огне погибли книги, картины, скульптуры, архивы. Церковь незамедлительно объявила случившееся наказанием за грехи.
Маркиз де Помбал
Но с версией касаемо проявления Божьего гнева был категорически не согласен один человек. Звали его Себастьян Жозе де Карвалью–и–Мелу, маркиз де Помбал. Мужчина занимал пост премьер-министра и фактически руководил страной, тогда как номинально власть принадлежала королю Жозе I. Себастьян развил бурную деятельность: организовал полевые госпитали для раненых, собрал команды для ловли мародёров, привлёк армию для сохранения порядка, организовал раздачу еды из стратегических запасов для военных.
Позиция церкви сторонника идей Просвещения категорически не устраивала. Он самостоятельно начал изучать события, предшествовавшие землетрясению – его предвестников и природу. В разные уголки страны премьер разослал посыльных с задачей собрать максимум сведений, использовав опросные листы.
Важным он считал всё, любую мелочь: колебания уровня воды в естественных водоёмах и колодцах, частоту и длительность толчков, поведение диких и домашних животных. Мероприятия показали, что на разных территориях отмечались странности: мелели реки, из колодцев исходил неприятный запах, насекомые массово покидали укрытия, а животные беспокоились и старались подняться на возвышенности.
Фактически опросные листы, хранящиеся в городском архиве, стали первой попыткой понять природу землетрясений. А де Помпал – основателем современной сейсмологии.
Полностью восстановиться после бедствия Португалия так и не смогла. Но зато перестала быть метрополией из-за дефицита ресурсов и начала борьбу с инквизицией.
Монастырь кармелитов оставили в изначальном виде как напоминание о силе стихии
Источник:
ссылка
Великое землетрясение в Португалии, ставшее отправной точкой (Прочитано 691 раз)