Непризнанные герои: должны ли солдаты и офицеры, сдерживающие украинские ДРГ на границе, быть признаны участниками боевых действий
Наши воины ежедневно рискуют попасть под обстрел или напороться на мины, участвуют в боях с диверсантами, но при этом не могут претендовать на льготы от государства.Статус участников боевых действий, солидные ежемесячные выплаты – все это положено тем, кто принимает участие в СВО на территории недавно вошедших в состав РФ регионов. При этом, солдаты и офицеры, сдерживающие врага на «старых» границах – Белгород, Брянск, Курск – официально, словно, не имеют отношения к боевым действиям. Хотя активность врага на данных направлениях уже давно сравнима с фронтом: идут обстрелы ракетами и снарядами, масштабное минирование дорог и объектов. И, само главное, ВСУ периодически пытаются прорваться в глубину территории. В результате, диверсионно-разведывательные группы противника регулярно вступают в ближний бой с нашими военными, которые раз за разом вынуждают украинцев отступать. Но юридически солдаты и офицеры «просто служат», без всяких льгот и существенных выплат.На границе, в регулярном контакте с врагом, оказываются все категории: и добровольцы, и мобилизованные, и срочники. Да, в зону СВО 18-20 летних президент приказал не отправлять. Но в Белгородской области спецоперация не ведется. Тем не менее, как рассказывает политолог Герман Куликовский, «на прошлой неделе в Муроме, а это 40 км от Белгорода, на срочников вышла украинская ДРГ. Пацаны ее размотали, украинцы убежали , преследовать их не стали, так как срочников нельзя отправлять в зону боевых действий. Получается, что пацаны воюют, живут в окопах, не ноют, что им кровати не привезли или что форма не такая. Несут свой тяжелый солдатский крест и несут достойно».
Вообще, российских военнослужащих срочной службы уже не первый месяц перебрасывают к границе с Украиной, заявляет ответственный секретарь Союза комитетов солдатских матерей России Валентина Мельникова:
«Бригады находятся и в Белгороде, и в Брянске, и в Воронеже, и юридической проблемы тут нет, так как находятся они все еще на территории России. Ко мне обращались родственники срочников, которых перебросили под Белгород, жаловались, что их заставляют выполнять трудную работу, что идут обстрелы. Но по закону ничего с этим не поделать», — сказала Мельникова.
Тем временем, Белгород становится вторым Донецком. В среднем до города от разных участков границы около 30 километров. А если говорить о райцентре Валуйки, то и того меньше - 20-25 км. Есть еще городок Шебекино. В 8 километрах от границы. Но за ним - Белгородское водохранилище, длиной 25 км, и затворная плотина в 14 км от границы. И ДРГ уже пробовали ее на прочность в этом году район. На пути у них стоят части срочной службы.
Есть информация, что ближе к зиме в Белгородскую область на границу с Украиной собираются отправить срочников из Таманской дивизии, а еще в июле т уда перевели срочников из Кантемировской. Есть уже и жертвы.
В ночь с 15 на 16 октября на границе Белгородской области погиб 20-летний солдат-срочник Денис Таскаев из Искитимского района Новосибирской области. Об этом рассказала его мать Татьяна Кулешова в соцсетях.
Во время одного из последних караулов Денис записал матери голосовое сообщение, в котором рассказывал об обстрелах в окопе и о том, что он «сегодня трижды чуть не погиб». После этого она задала вопрос командиру части, почему по ним стреляют, а их оттуда не вывозят.
Как показала практика, наши срочники воюют, порой, даже эффективнее, чем части из мобилизованных граждан.«Потому что стреляют. Мы закон не нарушаем. Есть приказ, они находятся на территории РФ. За «ленту» никого не отправляют". И неважно, сколько от границы – метр или километр», – ответил Кулешовой командир части.
Реклама 56 сек
Сослуживец срочника рассказал матери такую версию событий:
«Все, что я знаю, что на них напала группа украинцев. Все спали, мой сын сидел на улице. Тревогу он поднял, я думаю, чтобы всех разбудить. Сослуживец говорит, что "если бы не Денис, всех бы там положили», – рассказывает Татьяна.
Должны или нет воевать срочники – вопрос спорный. С одной стороны, противники такого решения настаивают: пусть сначала продолжат род! Но многие сейчас род не спешат продолжать и до 40.
С другой стороны, у нас почти половина миллионной армии – срочники. На их содержание тратится колоссальный ресурс с неопределенными целями: ведь в боевых действиях армия участвовать не должна. Зачем тогда два раза в год призывать людей в пацифистскую армию? Расходовать на нее средства и силы?
Но на практике, мы видим еще одно противоречие: срочники, которым воевать нельзя, все таки воюют. И, оказывается, воюют успешно!
А это ставит перед обществом два важных вопроса: не ошибаемся ли мы, выставляя стену между срочниками и СВО? Обрушь мы на врага всю свою мощь, возможно, уже в мае были бы в Киеве?!
Но, самое важное, если уж мы все таки часть срочников бросаем под пули, то неплохо бы было это юридически оформить! И по-государственному пацанов отблагодарить! Хорошим довольствием, соответствующими выплатами мобилизованным, льготами ветеранов боевых действий. Потому что нет разницы, где в тебя летят пули: под Купянском или под Белгородом.
Государство должно быть честным по отношению к тем, кто рискует жизнью ради защиты его интересов.Минобороны России опубликовало разъяснения по денежному довольствию и другим выплатам мобилизованным, из которых следует, что рядовой на должности стрелка в зоне СВО будет получать минимально 195 тысяч рублей. За особые условия военной службы или за особые достижения к ежемесячной выплате может быть установлена надбавка.
Первые выплаты начнутся с 8-го ноября, а в дальнейшем довольствие будут выплачивать с 10-е по 20-е число за предыдущий месяц службы. Об этом рассказал представитель финансового блока Минобороны РФ Сергей Микищенко. Но вопрос со срочниками, оказавшимися на переднем крае с украинскими частями, по-прежнему остается не только не решенным, но даже официально не озвученным.
Александр Пылев
ссылка
Должны ли солдаты и офицеры, сдерживающие украинские ДРГ на границе, быть призна (Прочитано 787 раз)