Вот какое было время Шпаликова — его Москва, его персонажи, шестидесятые. Когда «чувихи» носили пизанские башни на макушке, шпильки и юбки-колокола.
Вместо очереди в пивной можно было просто спуститься к пиву на лифте.
Как к утреннему табльдоту.
Поить начинали с девяти. Это было очень культурно.
Поили не только пивом и бочковым вином. В иных дворах и квасом, — укусен бывал зело.
Правда, к пиву закуси никакой. Ни рыбьего хвоста, ни сухарика с чесноком.
Сначала ты слышал спросонок бурчанье мотора со двора, разговорец дворника с водителем.
— Снова будет мусору! А лужи!
— Ну, ты их шлангом!
— Почему всегда в наш двор? Нет соседних?
— У начальства спроси. А у меня накладная!
Затем некий лязг.
Грузовик уезжал, оставляя бочку на колесах с «Жигулевским».
Славилось бадаевское. Но «Мартовское темное» не помню, чтоб разливали, чаще светлые сорта.
Но такое холодное пиво, что кружка на жаре запотевала.
Неспешная тетка в халате, типа, тетя Зина, — и отчего они бывали все такие нерасторопные? — мыла Мухинскую кружку. Цедила пиво.
На эту манипуляцию терпения еще хватало. Но еще до пены, бывало, выхватывали кружку из-под краника, да глоток, другой: хляп-хляп!
— Да куда ж ты, глупый, — попрекала тётя Зина беззлобно, понимая: жажда у человека, «трубы горят». — Не долила еще!
Отойти в сторону, чтоб другим не мешать, и под сигаретку. Небо голубое, во дворе всегда сквознячок, прохлада.
После первой, которую залпом, уходила жажда.
После второй мир становился цветным.
Бочки были частью нашей Москвы, ее пейзажей.
Пока однажды их снова не прицепили к грузовикам и не увезли навсегда.
Да и пускай.
Разве с юностью так не бывает?
Прицепят да увезут, неизвестно куда.
А потом ищи-свищи.
(из открытых источников интернета)
Ходики жизни... БОЧКА ПИВА (Прочитано 450 раз)