Свекровь у Юльки, конечно, замечательная, всем бы такую! – рассказывает про сестру тридцатилетняя Наталья. – Одно то, что она им свою трехкомнатную квартиру уступила после их свадьбы, сама переехала к своей матери в однушку, о многом говорит… С детьми им помогала всегда, на машину денег дала. В семью не лезла, советов не давала, по поводу детей всегда Юльку спрашивала, как сделать лучше. Знаешь, многие невестки обижаются, что свекровь накормила не тем, одела ребенку не то, здесь не было такого, всегда советуется…
– Да, и правда, идеальная свекровь…
– Но есть и ложка дегтя в этой бочке меда. Она требует, чтобы Юлька ее называла мамой! А у той язык не поворачивается! Тринадцатый год они уже женаты с Павлом, и все время всплывает эта тема… На имя-отчество свекровь прямо обижается, как и на «тетю Машу», представляешь? Рыдать начинает. Какая я тебе тетя, говорит, что мне нужно сделать еще, как заслужить, чтобы ты меня мамой звала? Уже и я ей говорила – да называй ты ее так, как она хочет, но у Юльки прям ступор на это слово. Нет, и все…
– Хм. Вот у людей проблемы…
– Слушай, ну да, проблема, и еще какая! У них там очередной скандал сейчас на эту тему. Свекровь с гипертоническим кризом, заявила – уходите тогда из моей квартиры, если я вам не мать. Муж желваками играет, на Юльку злится, раздула, говорит, историю на ровном месте, что, от тебя убудет, что ли, если ты «мама» скажешь? Мать тебе все, а ты! Та рыдает, разводиться собирается, уходить с детьми на съемную квартиру… Сюр какой-то! Если бы рассказали такое, не поверила, а тут в своей семье…
Юлии, сестре Натальи, тридцать пять, у нее отличный муж, две дочки двенадцати и шести лет, и, как было уже сказано, замечательная свекровь, которая после свадьбы собрала вещи и ушла в однушку к своей матери.
С одной стороны, бабушке уже действительно был нужен уход, оставлять ее одну было чревато. Но, с другой стороны, квартира бабушки находится рядом, буквально в соседнем доме через двор. Мария Ильинична, свекровь Юли, вполне могла бы не перебираться к матери на ПМЖ, а жить у себя, навещая старушку столько, сколько надо, все-таки безвылазно находиться в однокомнатной квартире с сильно пожилым человеком, плавно впадающим в маразм, при этом спать на раскладушке на кухне, не очень-то радостно.
Тем не менее Мария Ильинична, ни слова не говоря, освободила квартиру молодым, о чем и объявила прямо на свадьбе.
– Всю жизнь мечтала о дочке! – сказала она, поздравляя новобрачных. – И вот теперь она у меня появилась. Будешь называть меня мамой!
На свадьбе невеста кивала и улыбалась, надеясь как-то замять эту тему впоследствии, но не тут-то было. Мария Ильинична несколько раз повторяла свою просьбу и после свадьбы. Юля пыталась поговорить, объясняла, что пока не может, может быть, со временем. В конце концов у нее своя мама есть, и называть этим словом пока еще чужую женщину не получается.
Мария Ильинична объяснения не приняла и обижаться на невестку не перестала. На имя-отчество и на «тетю Машу» не отзывалась принципиально: «Зови меня мамой!»
И вот уже более двенадцати лет брака Юля как уж на сковородке.
– А как она называет свекровь-то, если не мамой и не по имени-отчеству?
– Да никак. Старается строить фразы так, чтобы не было обращения, знаешь. Благо, дети появились, время от времени можно на «бабушку» съехать. «Давай, Анечка, у бабы Маши спросим, что она будет, чай или кофе» - ну, как-то так. Та хмурится, но молчит, видно, что неприятно ей…
Матери свекрови уже пять лет как нет на свете, Мария Ильинична живет в однокомнатной квартире одна и очень помогает невестке с детьми. Юля работает, дети ходят в сад и в школу, бабушка на подхвате. Забрать, посидеть на больничном, сводить на кружок, дождаться врача – если надо помочь, Мария Ильинична никогда не отказывается. Просьбы Юля приноровилась передавать через мужа, чаще всего это выглядит вполне естественно. Но время от времени все равно возникает неловкость.
Будь свекровь действительно вредной, злобной, агрессивной теткой, вредящей исподтишка, разрушающей семью – какое-то внутреннее оправдание у Юли бы было, но сейчас она и сама себя не понимает. Юля благодарна Марии Ильиничне. И, если свекрови бы потребовалась помощь, невестка уверена, что сделала бы все возможное. И деньги бы отдала, и горшки бы, по ее словам, носила.
Но этого пока не требуется. Требуется другое, чего Юля сделать почему-то не в состоянии. Ну вот не может, и все.
– А сейчас опять переругались они. Собирали они гостей в выходные, Мария Ильинична была, мы с мужем, еще пара друзей. Свекровь ее вроде бы в детской с детьми сидела, стали садиться за стол, смотрим – нет Марии Ильиничны! Старшая девочка говорит, а бабушка расстроилась и домой ушла. Оказывается, она где-то там услышала, что Юлька мужу сказала – зови, мол, свою маму, или что-то такое… Собралась и ушла. Павел стал ей звонить, она сбрасывает, поехал ее искать. В общем, цирк с конями. Она давление намеряла дома, скорую они вызвали с сыном, свекровь рыдает, как так, в моей квартире живет, и все я не мама, пусть съезжает тогда!
Павел всегда держал нейтралитет, но в этот раз встал на сторону матери. Считает, что этот конфликт только из-за Юли, из-за ее глупой упертости. Уже до развода договорились…
А вам как ситуация? Что думаете?
/grazdano4ka.ru
«Убудет от тебя, что ли, если ты будешь называть мать мамой?» - злится муж (Прочитано 3796 раз)