По данным Всемирной организации здравоохранения, около 80 % заболевших коронавирусом COVID-19 выздоравливают без медицинской помощи. У остальных пациентов болезнь проникает глубоко в легкие, и в какой-то момент их состояние становится критическим. В таком случае врачи подключают больных к аппарату искусственной вентиляции легких (ИВЛ). Фактически он берет функции дыхательной системы на себя, давая организму время на борьбу с вирусом.
Чтобы подключить человека к ИВЛ, необходимо сделать интубацию, то есть вставить трубку в трахею через нос или рот. В таком положении больные не могут говорить, есть и пить — их кормят искусственно через трубку. Иногда пациентам проводят хирургическую операцию и вставляют трахеостому, сделав надрез на шее. Процедура не из приятных.
В прошлом году «Новая» опубликовала историю подопечного фонда «Живи сейчас», программиста-разработчика Юрия Логинова с редким нейрогенетическим заболеванием боковой амиотрофический склероз, из-за которого постепенно ослабевают мышцы всего тела. По просьбе редакции Юрий рассказал, что чувствует человек, находясь на ИВЛ.
— Я перестал дышать из-за редкой генетической болезни два года назад. Перестала работать диафрагма, потом была скорая, реанимация и сутки комы. Очнулся — говорить не могу, думать не могу, «картинка» плывет. Внутрь трахеи мне поставили трахеостому, к ней подсоединили аппарат ИВЛ. Он закачивал в легкие воздух и делал за меня выдох. В общем, дышал за меня.
Есть два варианта использования ИВЛ: через трахеостому или интубационную трубку (инвазивная вентиляция) или через маску (неинвазивная). С маской проще — надел на голову и дышишь. Но есть минусы: к ней труднее привыкнуть, она сидит на лице очень плотно, давит и сжимает кожу, оставляя следы как от очков. Заснуть с ней поначалу может быть трудно. Тут вопрос привычки. Зато ее легко перестать использовать: снял и все.
С трахеостомой все сложнее. Для организма она инородное тело. Рану в шее надо постоянно обрабатывать и чистить, чтобы зажила.
Течет сукровица (гнойная кровянистая жидкость, вытекающая из нарывов). Трахеостома иногда натирает: вокруг шеи все время ремешок, который ее держит. Много неприятных деталей...
В легких постоянно образуется мокрота как реакция на трубку. Мокроту нужно удалять, иначе она будет мешать поступлению воздуха. Есть специальный прибор для санации, который высасывает ее из легких через шланг. Санация происходит через трахеостому, и дышать в это время ты не можешь. На время процедуры ИВЛ отсоединяют.
У меня так было много раз: начинаю кашлять, вязкая мокрота поднимается и забивает трахеостому. Если мокрота густая, то воздух в легкие почти не поступает.
Ты задыхаешься, не можешь ни о чем думать, включается инстинкт самосохранения. Время в такие моменты течет очень медленно.
Однажды я задыхался, и вокруг меня собралось человек пять или шесть: врач, медсестры, санитарки, моя мама. Все что-то делали, пытались помочь. Мокроты было слишком много. Меня трясло, холодный пот на лбу. Потом картинка погасла — я потерял сознание. Провалился в темноту. Очнулся — на маме лица не было…
В общем, мокроту откачали, ИВЛ вовсю заработал. Все было позади. Но на самом деле это очень страшно! Нужно вовремя позвать медсестру, чтобы она все бросила, пришла и откачала мокроту.
От всех этих проблем у меня начались панические атаки. А потом оказалось, что я просто неправильно дышу.
Устраивал себе гипервентиляцию легких — слишком глубоко дышал. Открыл для себя технику дыхания по методу Бутейко, и панические атаки прошли.
Вообще, ИВЛ бывают разные. Я пробовал три разных аппарата. Бюджетные качают нужный объем воздуха и пищат, если воздух не идет, например, когда отсоединилась трубка. Более продвинутые аппараты нагревают и увлажняют воздух, подают сигнал при появлении мокроты. Они помогают сделать вдох, а не дышат за тебя, то есть учитывают твои дыхательные усилия.
Есть еще один аппарат — «откашливатель». Он подключается к трахеостоме через шланг, резко закачивает и откачивает воздух. Помогает откашлять мокроту. Такой способ гораздо лучше санации: не нужно лезть в пациента зондом (тонкий шланг) и травмировать трахею. Откашливание — куда более физиологичный процесс, чем санация. Но, увы, он стоит дорого, и мало кто о нем знает.
Мне повезло: в моем хосписе была парочка этих чудо-аппаратов.
Отвыкание от ИВЛ происходят постепенно. Сначала отключают на 5 минут, потом на 10 и так далее. Без ИВЛ быстро появляется ощущение сухости в трахее. Когда человек уже может постоянно дышать сам, трахеостому вынимают. При необходимости всегда можно подключить ИВЛ через маску, например на ночь. Первое время я вообще не мог без ИВЛ, он вызывает психологическую зависимость. Чем дольше ты на ИВЛ, тем труднее с него слезть. Я был на аппарате больше года, а слезал месяц. Это долго.
Врачи плохо знают, что чувствует пациент на ИВЛ. Это не гипс и не аппендицит. Чтобы все понять, надо через это пройти самому.
ссылка
«Чем дольше ты на ИВЛ, тем труднее с него слезть» (Прочитано 1289 раз)