Не нравится реклама? Зарегистрируйся на Колючке и ее не будет!

* Комментарии к новостям

1. Битва двух АНУСов..))))) (Колючий взгляд на Дом 2) от mellorn 2. Описание дневного /острова (Дом 2 новости) от Крохаминипут 3. Максим Галкин и Алла Пугачева обвенчались (Музыка и новости шоу-бизнеса) от Дейенерис 4. Во Владивостоке снежный апокалипсис превратил машины в камни для керлинга (Важные новости и события) от сачёёк 5. Музыкальная открытка для Кисюня (Разговоры обо всем. Отношения, жизнь.) от Крохаминипут 6. Челяба – жаргонизм или приличное слово? (Вокруг света) от Кокосик

под редакцией профессора В.В. Зеньковского в 1924 году.  (Прочитано 154 раз)

0 Пользователей и 1 Гость просматривают эту тему.

Оффлайн Миссис уксус

  • Колючая команда
  • Герой
  • Сообщений: 43245
  • Имя: Лариса
  • Карма: 162840
3


В 1923 году на базе русской гимназии в Чехии, ученикам всех младших и старших классов было предложено написать сочинение на тему «Мои воспоминания с 1917 года до поступления в гимназию». Каждый писал, что хотел и как хотел. Ограничение было лишь по времени – 2 часа. Сегодня мы хотим познакомить вас с выдержками из этих сочинений, чьи авторы находились в возрастном диапазоне от 6 до 22 лет. Компиляция вышла под редакцией профессора В.В. Зеньковского в 1924 году.

***

— Дома я рвал цветы, сколько хотел. Когда я был дома, всегда была война. Я помню ещё наш дивный сад в Крыму. Дома был голод. Плохо было у нас дома. Как было нехорошо, — всё мало ели. В России люди ходили худые и просили хлеба. У нас дома по три дня ничего не ели. В России хлеб полагается детям только за обедом по маленькому ломтику. На базаре нам ничего не продавали, а говорили: чего перед смертью вам откармливаться. Я помню себя только до смерти папы, когда я стала впервые всматриваться в окружающее. Дома у нас все голодали, и мы стали собираться перебираться.

***

— Революция — это, когда папы не было дома, а мама не знала, что ей делать… Папа как пропал. Все плакали. Папа всё время находился под неприятельскими пулями… Тогда начались трудные дни, шалости исчезли, я по ночам молилась за папу…

***

— Когда мы радовались, то начали почему-то кричать «долой» нашему старику Директору. Он заплакал, и никто не сказал нам, что мы поступили подло и гадко… С первых дней революции и нам, детям, стало тяжело, но я утешалась тем, что в жизни нужно испытать не только сладкие плоды.

***

— Об учении никто не думал. Часто во время уроков приходили и кричали: на заседание! Я был делегатом. Председателем был у нас новоиспеченный коммунист, ученик 8-го класса. Он непрестанно звонил, кричал «товарищи», и теребил свою морскую фуражку. Его никто не слушал. Часто дело доходило до драки. Тогда часть делегатов за буйство выгоняли, а они ломились в дверь, бросали куски угля и т. д. Польза от гимназии была одна: давали обедать. Похлебку, сушеную воблу, а главное, по куску хлеба.

***

— Всё стало бесплатно и ничего не было. Пришел комиссар, хлопнул себя плеткой по сапогу, и сказал: «Чтобы вас не было в три дня». Так у нас и не стало дома. А нас семь раз выгоняли из квартир. У нас было очень много вещей, и их нужно было переносить самим. Я была тогда очень маленькой и обрадовалась, когда большевики всё отобрали… Жили мы тогда в поисках хлеба. Торговал я тогда на базаре. Стоишь, ноги замёрзли, есть хочется до тошноты, но делать нечего. Когда и вторая сестра заболела тифом, пошел я продавать газеты. Нужно было кормиться…

***

— Нашего отца расстреляли, брата убили, зять сам застрелился. Оба брата мои погибли. Дядю увели, потом нашли в одной из ям, их там было много.

***

— Я поняла, что такое революция, когда убили моего милого папу. Было нас семь человек, а остался я один. Папа был расстрелян за то, что он был доктор. Брата четыре раза водили на расстрел попугать, а он и умер от воспаления мозга… Мы полгода питались крапивой и какими-то кореньями. У нас было, как и всюду, повелительное: «Открой!», грабительские обыски, болезни, голод, расстрелы. Было очень тяжело. Мама из красивой, блестящей, всегда нарядной, сделалась очень маленькой и очень доброй. Я полюбил её ещё больше.

***

— Я видел горы раненых, три дня умиравших на льду. — Моего папу посадили в подвал с водой. Спать там было нельзя. Все стояли на ногах. В это время умерла мама, а вскоре и папа умер…

***

— Его родители скрывались. Голод заставил послать сына за хлебом. Он был узнан и арестован. Его мучили неделю: резали кожу, выбивали зубы, жгли веки папиросами, требуя выдать отца. Он выдержал всё, не проронив ни слова. Через месяц был найден его невероятно обезображенный труп. Все дети нашего города ходили смотреть… (седьмой класс)

***

— Это было время, когда кто-то всегда кричал «ура», кто-то плакал, а по городу носился трупный запах. В эти годы всё сорвалось, всё было поругано. Люди боролись со старым, но не знали, куда идти, не знали, что с ними будет. Да и кто теперь приютит больное русское сердце?

***

— Я шел, пока не отморозил себе обе ноги, дальше ничего не помню. Очнулся много позже. Мы шли по безводной пустыне с уральцами 52 дня. — 300 верст прошли, питаясь чем попало… Мы долго ехали через Сибирь, под обстрелом, среди болтающихся на телеграфных столбах трупов, их нельзя забыть. Я долго шла, а когда не могла, меня перенесли, а всё-таки не бросили. Во время дороги я увидел и сам пережил столько, что простому смертному всего не рассказать… Трудно было уезжать из России.

***

— Пришлось мне жить в лесу. Долго я бродил один. То совсем ослабеешь, то опять ничего. Есть пробовал всё. Раз задремал, слышу, кто-то толкается. Вскочил — медведь. Я бросился на дерево, он тоже испугался и убежал. Через неделю было хуже: я встретил в лесу человека с винтовкой в руке; он шел прямо, крича, кто я. Я не отвечаю, он ближе. Я предложил бросить винтовку и обоим выйти на середину поляны. Он согласился. Тогда я собрал все силы, прыгнул к винтовке и спросил, кто он: он растерялся и заплакал. Тогда мне стало стыдно, я швырнул винтовку и бросился к нему. Мы расцеловались. Я узнал, что он такой же изгнанник, как и я. Мы пошли вместе.

***

— Много скверных осадков у меня на душе, но будет опять Россия, и они разлетятся, как дым от лица огня… О скоро ли увидим мы вновь твои родные церкви и родные поляны? Мне учиться очень трудно. Ночами думаю: что дома? живы ли? придёт ли письмо? Здесь никто и не знает, как тяжело приходится там. Мои мысли часто далеко от гимназии. Я не имею права сейчас думать о себе. Я радуюсь, что я русский, я верю в Россию. Я буду бороться с судьбой, но что бы ни случилось, я весь в твоём распоряжении, Россия…

© Дилетант


Оффлайн gera

  • Знаток
  • Сообщений: 2001
  • Карма: 5604
Мой дед, рождённый в 1910 году никогда плохого ничего не говорил про те времена.
Трудности были, просто работали, просто служили Родине и преодолевали те самые трудности бытия.


 


Размер занимаемой памяти: 1.75 мегабайт.
Страница сгенерирована за 0.124 секунд. Запросов: 45.