Дом, который исчез

[Миссис уксус]

6

Дом, который исчез

Ещё совсем недавно, в деревне Прилук Вельского района Архангельской области, стоял большой великолепный дом - дом украшенный красивой резьбой, декоративным балконом с ажурными балясинами и главное - уникальными росписями, выполненными местными малярами из семьи Петровских.
 Более столетия простоял дом - и продавали его и разрушался он со временем, но потом стряслась с ним вот такая история: музей "Верхние Мандроги", что в Ленинградской области, положил на него глаз и решил купить, перевезти в свою музейную экспозицию и там восстановить. А надо сказать, что, при всей своей коммерческой составляющей, владельцы этнодеревни "Верхние Мандроги" за последние десятилетия выкупили на Русском Севере несколько загибающихся изб и перевезли их к себе, выполнив все работы очень грамотно и умело. Будучи реалистом нужно признать, что это единственный способ сохранить хоть какие-то, интересные с архитектурной и исторической точки зрения дома, век которых подошёл к концу.
Вот только дом в Прилуке не разрушался - он хоть и старел, но был крепок. Тем не менее здание у хозяев купили и разобрали. Только после этого администрация Вельского района всполошилась и вспомнила об этом доме, поставленного на учёт как памятник архитектуры местного значения. Администрация всполошилась, да дом то уже был разобран и сложен в штабеля перед перевозкой. То есть запретить разбирать было уже поздно, но зато можно было успеть запретить перевозку! Это и было сделано.
Так этот дом, в виде груды гниющих брёвен, и лежит уже несколько лет рядом с дорогой в деревне Прилук и есть большие подозрения, что это и есть бесславный конец славного дома.

...

Замечательное исследование об истории этого дома провела в 2012 году ученица седьмого класса «Судромской СОШ № 13» Вероника Поликарпова (научный руководитель А. Н. Горбунова). Привожу его целиком - тут ни убрать, ни добавить нечего:
"Мы находимся с вами в поселении Судрома, Вельского района, Архангельской области. Располагается наша деревня по обоим берегам реки Вага. В состав Судромы в начале 20 века входило 23 деревушки. Все они располагались недалеко от реки. Вага, неоднократно меняла своё русло, и жители были вынуждены отселяться на безопасное расстояние. Из одной деревни получалось три. Например; д. Пайтово из-за угрозы смыва рекой расселилась, и получилось Семеново (Телешевская), Жилино (Трофимовская) и современное Пайтово. Ещё один пример - д. Прилук. Одна его часть носит название старый Прилук. Это бывший центр поселения. Или старый Погост. Там раньше была церковь, кладбище. Из-за того, что река подошла очень близко, часть жителей выехала, образовав д. Дьяковскую, а часть осталась там же, только чуть отселилась ближе к лесу.
 Старый Прилук разительно отличается от современного Прилука. Дома там все большие, выстроенные примерно в одно время. Располагались они вразброс, кто как поставит. Во время весеннего половодья деревня часто затапливалась, и люди плавали от дома к дому в лодках и даже в пивоварных котлах.
Именно на старом Прилуке и находится дом, о котором мне хотелось бы рассказать. На сегодняшний день этот дом уникален. Он поставлен на учет как памятник архитектуры 19 века. Второй дом - памятник находится в д. Луневская. Дом в д. Прилук имеет необыкновенные росписи по фасаду. Также расписан был дом и внутри (филёнки шкафов, лавки, филенки дверей). На сегодняшний день эти росписи утрачены. А вот фасад дома по-прежнему привлекает взгляды судромчан.
 
По своей архитектуре дом тоже не совсем обычен. Но таких домов было в Судроме много. В Луневской, более пяти, на Прилуке с десяток (осталось два), в Дьяковской два (сейчас один увезен в д. Лукинскую, но первоначальный облик утратил), на Иванском три (на сегодня один), в Пайтово точное количество не известно (деревня горела в 30-е годы, на этот день – один). Точное количество похожих домов на правой стороне подсчитать невозможно (правобережных деревень сейчас нет). По словам местных жителей - дома такого типа принадлежали богатым крестьянам. На Прилуке таковых было много.
В 30-е годы 20 века там проживала 51 семья. Село было большим, зажиточным. Через него шёл Московский тракт.
 
Дом, о котором идет речь, принадлежит семье Поповых. Построен примерно в середине 19 века (точная дата строительства не известна). Владельцами этого дома были Попов Егор Семенович и Попова Марфа Асекритовна, но строили этот дом родители Егора Семёновича. Дом был построен из лиственницы, обшит тёсом. Тип этого дома крестовой, а углы построены в чашу, что характерно для домов построенных на р. Ваге. Стоит он на камнях. Тип строительства угро-финский (иначе его называют ещё старо-русским типом). Дом двухэтажный. Первый этаж высокий, на нем расположена нижняя изба - подклеть (слева) и теплый хлев для скота (справа). На втором этаже верхняя изба и «чистые половины» - горницы. На чердаке вышка или светёлка. Окно вышки выходит на лицевой фасад. Перед ним балкон с декоративным портиком. Балкон представляет собой подобие четырехколонного портика со своим фронтоном, прорезанным одной аркой.
 
Устройство балконов в богатых крестьянских домах явилось данью вкусам классицизма. Так называемое городское влияние проникало на север по самым оживленным трактам – среди них Московский тракт. Роспись находится на плоскости фронтона, подшивке балкона и свесов (выносов) кровли, на наличниках и ставнях. По двум сторонам балкона имеются изображения мифологических животных: льва и единорога. Исследуя, почему именно этих животных изображали на домах, я нашла не один ответ. В северных сказках лев – преданный человеку друг, служащий ему верой и правдой. Часто в народных русских росписях лев более похож на собаку, чем на хищного зверя. Изображались они стоящими на задних лапах, с поднятыми передними, а также стоящими или лежащими в геральдической композиции по сторонам "древа" или цветов в вазоне с грозно поднятой лапой.
 
Единорог – конь с рогом на лбу – также встречается в северных росписях. Как правило, он изображается стоящим на задних ногах. Самые ранние сведения о нем и его изображения относятся к ХV в. Единорог (он же индрик или инрог) – мифическое животное, образ которого, может быть, возник под воздействием восточных культур. Носорог и конь соединились в образ одного зверя – единорога, причем по преданию он был наделен особой силой, способной поражать злых людей и еретиков. По другим легендам единорог – могущественное неведомое божество, становится царем подземного царства. Чаще всего единорог и лев располагаются на фасаде по сторонам вазона или дерева, иногда в позе схватки, символически воспроизводя борьбу светлых и темных сил, дня и ночи. Чаще всего эти фигуры встречаются в росписях Поважья.
Второй момент. Лев и единорог - как обереги от злых духов. Лев, например, имел охранительный смысл, а единорог символ Христа.
И ещё одна гипотеза гласит, что лев является символом богатства, золота, благополучия и процветания. Единорог же символизирует благородство, храбрость и мудрость.
Или вот ещё, лев является символом солнца, а единорог символом луны. В любом случае оба эти мифологические животные – защита дома и его жителей от всего недоброго, символ процветания рода и благополучия.
Вокруг балкона и на арках шахматный рисунок, поверх которого роспись (цветочный орнамент). Он выполнен в яркой гамме контрастных цветов: синего, красного, зеленого, белого, желтого. Сейчас четко можно проследить лишь два цвета – красный и зелёный. Рисунок вихреобразный, многоцветный. Его цель - создать образ «прекрасного и доброплодного сада» — идеал крестьянской жизни. Еще одним украшением дома была резьба. Резные ставни окошечек на втором этаже и окна светелки, а также резной карниз по самому дому и по балкону разные. Выполнены все с разным узором, что ещё больше привлекает внимание и заставляет удивляться выдумке авторов всего этого простого крестьянского великолепия.
 
По мнению М.И. Мильчик, автора книги «Монументальная живопись Поважья», расписывали этот дом известные в наших краях «маляры» Петровские. Это жители д. Чурковской Благовещенского сельсовета. Действительно при знакомстве с их творчеством по материалам этнографических экспедиций я нашла много общих элементов в росписи их дома и дома нашего.
Кроме этого ещё одним доказательством может быть будет и тот факт, что очень тесно общались и жили ранее благовещенцы и судромчане. Очень много браков заключено между жителями этих деревень и до сих пор, у каждого второго есть родственники в Благовещенском. Поля судромчан и благовещенцев за рекой также почти сливались. А две деревушки Заборье (наша) и Чушовская (Благовещенск) были практически расположены рядом. Возможно, по каким-то родственным связям и были приглашены Петровские в Судрому, но это уже мои домыслы.
 
Внутренняя планировка дома. Начинается дом с крылечка. Оно не высокое, выстроено прямо на земле. Обычно рядом располагалось и второе парадное крыльцо, но у этого дома его нет.
Заходим в дом и попадаем в сени. Слева большая красивая лестница на второй этаж, а справа дверь в нижнюю избу.
Под лестницей устроен чулан. В нижней избе слева русская печь. Изба в два окна. Справа небольшая узкая лестничка ведёт на второй этаж. Поднимаемся и оказываемся в горнице. Здесь уже посветлее. В комнате четыре окна. Печь здесь столбянка, труба от которой идет в кухню (верхняя изба). Это помещение посередке дома, и там вторая русская печь.
Здесь только одно окошечко, а вот далее - ещё одна горница. Это, пожалуй, самое светлое помещение. Оно в пять окон. Два смотрят на лицевую сторону дома и три сбоку. Горница отделена от кухни перегородками символическими. Все они набраны из филёнок. И каждая была расписана. В кухне расписаны и дверцы шкафчиков и опечек. Основной цвет был синий, а на нём растительные орнаменты. Увидеть своими глазами эти росписи мне не удалось. Все они давно закрашены. Лишь кое-где облупившаяся краска позволяет увидеть прежний цвет.
 
Филенки перегородок в верхней горнице дома Поповых были украшены цветочным орнаментом.
Далее из горницы можно выйти в сени на лестницу парадную. Здесь есть дверь. Таким образом, дом можно обойти вкруговую.
Второе крылечко с другой стороны, с противоположной. Оно точная копия первого. Было сделано для удобства, на случай если в доме будут проживать две семьи и для безопасности. Чуть ближе вход в теплый хлев для скота. Но, по мнению родственников семьи, скот здесь не держали, а скорее был устроен какой-то погреб.
Жилая часть дома большая, но его вторая часть – двор, ещё больше. Двор поделен на поветь (сверху) и сам двор. На уровне первого этажа хлевы. Над хлевами с улицы устроен взвоз. Настил широкий, удобный для того, чтобы въезжать с телегой можно было спокойно. И тут же сенник. Рассмотреть более точно устройство двора я не смогла, так как двор уже находится в полуразрушенном состоянии. Не смогу описать я и комнатку на вышке. Вход туда по лестнице с сеней, но хозяин дома отказался её показать, мотивировав это тем, что заходить туда опасно, пол провалился.
Какие ещё постройки есть у дома? Баня, колодец с воротом и, пожалуй, всё. Дом огорожен. Говорят, что гумно и ещё амбар или конюшня были в конце деревни и принадлежали тоже семье Поповых, но конкретно указать я их не могу, так как на сегодняшний день эти постройки не существуют. По словам старожилов у многих зажиточных прилучан амбары и гумна были вблизи Дурной (Глиняной горы). Там же была и конюшня. Её живо помнят многие судромчане.
 
Немного и о самой семье. Первый хозяин дома Попов Семён. Дом строил он для своей семьи. Идея расписать дом принадлежала ему. У Семёна было двое сыновей Петр и Егор. Старшего сына отец отделил. Им был куплен недостроенный дом в начале Прилука. Петр со своей семьей (сам, жена, пятеро детишек) выехал. По словам его снохи Поповой Валентины Ивановны (проживающей в д. Прилук сейчас) Петр Егорович долго обижался на отца, мол, отселять надо было младшего сына. Да и детей больше было у Петра. Ютились в зимовке. Перед был не доделан.
В доме остался Егор с семьей и родителями. Ему же по наследству и отошёл дом. Семья Попова Семёна была зажиточной, работящей. Они держали большое хозяйство, скот: коров и коней. Занимались земледелием. Работы сменялись в соответствии со сменой времени года: весенний сев, сенокос, уборка зерновых, осенний сев, молотьба. Работы велись вручную. Для этого имелся свой инвентарь, большая часть которого изготавливалась, кроме железных деталей, самими хозяевами. Кроме земледелия были и побочные приработки. Работали на лесохимии и на сплаве леса. В годы коллективизации были вынуждены, как и многие отдать скот в общее коллективное хозяйство. Тогда же они лишились и построек за деревней. Все они стали принадлежать колхозу «Заря Свободы», созданному в 30-е годы из единоличных хозяйств Прилука. В этом колхозе трудилась вся семья Поповых. Из скотины в каждой семье оставлено было по корове. Одна коровушка в таком большом дворе!
 
В общем хозяйстве, по воспоминаниям старожилов села, трудились так: землю обрабатывали конными плугами, жали и молотили вручную. Урожай распределяли следующим образом: после засыпки семенного фонда, страхового и сдачи обязательных поставок государству оставшуюся часть распределяли между колхозниками по трудодням. Выходило очень мало. Молоко от общественного стада сдавали государству, возили на маслозавод в д. Пайтово. Сдавали государству и часть молочка от коров, находящихся в личном пользовании. Постепенно семьи беднели, голод бывал в них частым гостем. Калечилось сознание людей, исчезала вера в хорошее. И только дома оставались напоминанием некогда хорошей жизни.
Егор Семенович старался, работал. Высокий, крепкого телосложения он был с детства приучен к любому труду. При нем порядок в доме поддерживался, и уход за домом был хороший. Вместе с женой Марфой Асекритовной они вырастили двоих детей: сына Александра, 1928 года рождения и дочь Татьяну, 1940 года рождения. Егор Семёнович умер раньше своей жены. Марфа Асекритовна дожила до 80 лет. Как рассказывают её родственники, до самой смерти у неё не было ни одного седого волоска. Впоследствии сын Александр жил здесь в доме, работал на сплаве леса. Жил он одиноким, семьи не имел. Здесь он и умер. Дочь, окончив Вологодское медицинское училище, проработала всю жизнь в больнице п. Ровдино. Её сейчас тоже нет в живых. Дом затем был куплен соседом Поповых Поповым Николаем Ивановичем. Николай Иванович произвел в доме небольшой ремонт. Обколотил стены в верхней горнице, поправил обе печи (они глинобитные). Ну и уничтожил «весь хлам». Под хламом подразумевался домашний скарб семьи. Когда я со своими одноклассниками посещала этот дом Николай Иванович и водил нас. Услышав слова об уничтожении «хлама» мы даже оцепенели. Ведь не осталось абсолютно ничего об этой семье. Ни фотографий, ни документов. Да и вещи из него, несомненно, были бы интересными для нас, но увы…
Николай Иванович заботился по-своему о сохранении дома. Он хотел подправить двор ( двор разрушается), забрал окна досками от воров. Мечтал, что в доме летом будет жить сын с семьей. Несколько лет назад Николай Иванович тоже умер. На данный момент дом бесхозный.
 
Вот, пожалуй, и всё, что осталось нам в память от дома Поповых. К сожалению, эти сведения скудны. Нет фотографий, и мы не можем увидеть, каким был этот дом ранее. Как он строился, с какой теплотой украшался и как гордо возвышался среди своих собратьев. Очень жалко, что мы постепенно утрачиваем свои традиции. Забываем о своих крестьянских корнях. Какими же были наши предки, если строили дома-великаны. Взглянешь на старую деревню, и душа радуется, дома – красавцы. Крепкие, большие, для больших дружных семей. А сейчас каждый дом наособицу, архитектура не поймешь и какая (с миру по нитке). Интересно, что расскажут о нас наши дети и внуки?
 
Мне не передать словами, как я хочу, чтобы этот дом жил. Чтобы у него появился хозяин - настоящий, преданный. И чтобы дом еще долгое время радовал нас своим видом."

/Николай Телегин  «Записки о Русском Севере» /

/Сам бы не прочёл/