Тема: Угол (Прочитано 1124 раз)

Планета Шелезяка

9

Моя дочь стала плохо спать по ночам. Я просыпалась либо от ее плача из детской, либо от стука кулачков в мою дверь. На вопросы, что ее так напугало, дочь отмалчивалась. Я стала оставлять ей включенный ночник, но помогало это мало. Мне было жалко ребенка, но и еженощный плач не давал выспаться и начал раздражать. От этого становилось стыдно, но я ничего не могла с собой поделать.
Как-то по дороге на работу я листала журнал, сидя в метро. Мне на глаза попалась статья «Мне страшно, мама!». В заметке говорилось, что в возрасте около двух лет дети начинают видеть кошмары и задача родителей — выяснить, что напугало ребенка, обсудить его страхи и как-то обыграть их. Разыграть сценку, нарисовать «буку», добавив смешные детали. Чтобы разговорить ребенка, можно рассказать ему, что пугало в детстве именно вас. Я решила так и поступить.
Вечером, до того как стемнело, я пришла в комнату дочки. Она играла с кубиками.
— Котик, что тебе вчера снилось? Ты так кричала, что аж я испугалась.
Дочь угрюмо молчала.
— Когда я была маленькая, я тоже боялась спать без света. Особенно меня пугал этот угол, — я указала рукой на угол, где теперь стоял маленький столик с кукольной посудой. — Когда я была маленькой, там стоял стул, на который мама складывала мою одежду. Ночью мне казалось, что на стуле кто-то сидит.
Дочка бросила кубики и села ко мне на колени. Я почувствовала, как она дрожит.
— А однажды, уже когда мама купила ночник, — продолжала я максимально бодрым голосом, — я проснулась от того, что на меня как будто кто-то смотрит. Я посмотрела под стул и мне показалось… что там…
Я увидела, как побледнело лицо дочки. Она, не отрываясь, смотрела под столик. В комнату уже заползали сумерки. Я сжала ледяную руку дочери.
— Так вот, я увидела там…
Мне стало холодно. Объяснение про забредшую в форточку уличную кошку, сидящую под стулом, распадалось на языке. На нашем окне всегда стояла сетка. В углу клубилась темнота.
Мы с дочкой сидели на диване и смотрели под стол, под которым на самом деле никогда ничего не было.
И тьма смотрела на нас оттуда.