Утка с яблоками К нам во двор совершенно непонятным образом просочилась соседск

[Миссис уксус]

4

Утка с яблоками

К нам во двор совершенно непонятным образом просочилась соседская утка. Мы с Дусей вышли утром на крыльцо, а она ходит по саду — вразвалку, не спеша, по-свойски.
Евдокия обомлела от такой наглости. Ненадолго, надо сказать, обомлела.

«Йохху!!!» — взвился в небо боевой клич, земля задрожала, Дусины пятки, опережая хозяйку, помчались призывать к ответу нарушительницу частных границ.
Утка, узрев несущееся на нее чудовище, — с развевающимися ушами, выпученными глазами и языком наперевес — с перепугу вспомнила, что она птица, и взлетела.
Это было красиво: сверху, над садом, летела утка; снизу, задрав голову, летела Евдокия; вслед за ними, роняя тапки, летела я. Долетев до забора, летчики воссоединились в живописную группу, поскольку утка, не сумев преодолеть двухметровую высоту, резко ушла в пике.
На земле ее встретила Дуся, тут и мы с тапками подоспели. Кряканье, лай, крики «фу!», «брось немедленно!», сопение, кряхтение, хаотичные взмахи крыльев, лап, рук и ног…

Наконец утка ввернулась из-под Дуси, и молча пошла по саду в обратную сторону, потому что лететь, бежать или подавать звуковые сигналы у нее уже не было сил. Вслед за ней молча шла Евдокия, сдерживаемая моими грозными «фу».
Завершала процессию я, фукая и волоча спадающие тапки.

Так мы молча бродили по саду довольно долго, пока утка, наконец, не зашла в тупик, уткнувшись носом в ограждение, а со стороны хвоста, подпершись Дусей и мною. Я взяла ее на руки. Небольшая — она оказалась неожиданно тяжелой, с жесткими перьями, с сильными и твердыми лапами. Измученная приключением, она собралась было задремать, но я сказала — нечего тут — и пересадила ее через забор. Очутившись на воле, утка проснулась и довольно бодро поковыляла вдоль улицы.

— Как думаешь — мечтательно глядя ей вслед, спросила Дуся — утки вкусные?
— Если запечь в духовке, с яблоками — очень вкусно — сглотнула я слюну.
 И тут же, опомнившись, возмутилась:
— Как ты можешь, Евдокия? Она ведь живая и не хочет, чтобы ее в духовку совали. А вот если бы в тебя напихали яблок?
— Ну, кто же станет пихать яблоки в собак? — снисходительно посмотрела на меня Дуся. — В собак надо пихать котлеты, сосиски всякие, косточки…

Евдокия оседлала любимую тему.
— … мороженое нужно пихать в собак, печенье… Слушай, а что у нас сегодня на обед?
— Суп — сказала я злорадно.
— С? — с надеждой спросила Дуся.
— С перловкой.
— И — с? — продолжала надеяться Евдокия.
— И с картошкой — продолжала злорадствовать я.
— И всё? — скисла оптимистка.
— И с говяжьей косточкой — сжалилась я.
— Так что стоим? Кого ждем? — взбодрилась Дуся.

И мы пошли в дом. Впереди я — в грязных тапках и с утиным пером в волосах. За мной Евдокия, философствуя на ходу:
— А если эта утка к нам еще раз придет, я ее трогать не стану, я сразу тебя позову. Потому что она ведь живая, опять же — яблок у нас нет…

Мы позавтракали, и я стала собираться в магазин. Это целый ритуал: надо вдумчиво составить список, положить его в кошелек, достать деньги из тайного места в книжном шкафу, положить рядом со списком, потеплее одеться, перед уходом подкинуть дров в печь, надеть варежки, взять ключи от калитки и — можно выходить.

— Яблоки не забудь купить — крикнула мне вслед Евдокия.

Людмила Старцева.
/ Перезагрузка /