Василий Куравлёв о своём отце Леониде Куравлёве

[Миссис уксус]

3

Василий Куравлёв о своём отце Леониде Куравлёве

Помню, папа рассказывал: «Сколько раз мне говорили люди на улице — вот бывают моменты, что дома не ладится, на работе дела не идут. Включаешь телевизор, а там «Иван Васильевич...». И жизнь опять жизнь, ей радуешься. Великое дело Великое!»

Папа не очень любил вспоминать детство. Знаю, что мой дедушка Вячеслав Яковлевич работал слесарем на авиационном заводе «Салют», а бабушка Валентина Дмитриевна была дамским парикмахером. Папа родился на окраине Москвы. Бабушка говорила, что они назвали сына в честь Леонида Утесова. Тогда был пик популярности утесовского джазового ансамбля. Времена были непростые. Семья Куравлевых теснилась в одной комнате большой коммуналки. Но детство — в любом случае светлая пора. Как папа сам об этом рассказал: «Детство — оно всегда счастливее, даже такое, как у меня. Я из рабоче-крестьянских. Окраина Москвы, рабочий люд, хулиганы. После того как маму арестовали по 58-й статье сразу после начала войны, я стал жить у ее сестры. Маму сослали в поселок Зашеек Мурманской области, и потом она долго не могла вернуться в Москву».

Когда бабушку арестовали по анонимному доносу и сослали, папе исполнилось пять лет. Дедушка работал на авиазаводе, уже шла Великая Отечественная война. Он был талантливым и рукастым человеком, механиком, слесарем. Его оставили в тылу, на фронт не отправили. Работал он буквально сутками, часто ложился спать в цеху, у станка. Маленьким Лёней заниматься было некогда. Его воспитывала тетя Надя, родная мамина сестра. После войны папа поехал к маме в поселок Зашеек, где она жила в ссылке, и целый год провел с ней. Там он пошел в пятый класс. Когда бабушку реабилитировали, она смогла вернуться в Москву. К сожалению, своих дедушек я не застал, только обеих бабушек.

Вячеслав Яковлевич Куравлев был очень интересной личностью. Недавно мы с сестрой нашли дедушкину членскую книжку московского мотоклуба, есть и его фотографии с мотоциклами. Он, как оказалось, серьезно этим увлекался: сам чинил мотоцикл, все делал своими руками. Мне кажется, мой старший сын Степан чем-то похож на своего прадеда, если судить по фотографиям. А самое главное, Степа с детства тоже любит со всякими моторами возиться, и у него это неплохо получается. А вот мы с папой как-то не по этой части...

В кино папа попал случайно. Естественно, он бегал с одноклассниками в кинотеатр «Родина», что на Семеновской площади. Его любимым фильмом был трофейный «Большой вальс». Но он никогда и не мечтал об актерской прфессии, даже в школьной самодеятельности не участвовал. Правда, однажды в десятом классе ребята устроили вечер, на который пригласили девочек из соседней школы. Папа играл Швандю в отрывке из «Любови Яровой». Ну и что такого? Думаю, он не придал значения своему участию в концерте. Пошел в актеры не потому, что почувствовал в себе какой-то талант, а от... безысходности. В школе ему не давались точные науки, но он очень хотел стать студентом. А куда поступать с плохими отметками? Однажды его двоюродная сестра посоветовала подать документы во ВГИК: «Там не нужно сдавать ни математику, ни физику. Актерам они ни к чему». Папа обрадовался: «Ну, тогда я попробую».

Родня к выбору сына отнеслась с насмешкой: куда, мол, тебе бы, Леня, на завод. Но папа решил рискнуть. Правда, с первого раза он не поступил. И все-таки кто-то из приемной комиссии ему посоветовал, дав надежду: «Знаете, молодой человек, в вас что-то есть, попробуйте прийти через год». Папа год работал на фабрике елочных игрушек. В 1955-м ему наконец удалось поступить во ВГИК на курс прославленного педагога Бориса Владимировича Бибикова.

Папа с очень большим уважением относился к Бибикову. Бибу, так называли своего педагога студенты, все любили. Борис Владимирович на своем веку вырастил много знаменитых актеров, таких как Нонна Мордюкова, Вячеслав Тихонов, Майя Булгакова. На курсе с папой учились Софико Чиаурели, Светлана Дружинина, Татьяна Бестаева.

На первом курсе папа был довольно застенчивым, среди студентов ничем особым не выделялся. Так много всего сразу навалилось: актерские этюды, репетиции, показы отрывков... Учиться ему было психологически непросто, никак не удавалось полностью раскрыться. В конце второго курса Бибиков поставил ему двойку по актерскому мастерству, а это означало одно — исключение! Папа с этим внутренне смирился, но тут за него вступились однокурсники. И Бибиков сжалился, оставил папу в институте.

И вот на третьем курсе дела пошли в гору. У папы появилось больше уверенности в себе, комплексы отошли на второй план. Вскоре его стали считать одним из самых перспективных молодых актеров. И в итоге получилось так, что со всего курса он оказался самым востребованным. Вот как бывает в жизни. А ведь не заступись за папу его товарищи, не было бы актера Леонида Куравлева. Он бы сам никогда не пошел просить за себя.

В начале карьеры папе здорово посодействовали режиссер Михаил Абрамович Швейцер и его жена Софья Абрамовна Милькина, которые всегда работали в тандеме. Однажды Софья Абрамовна пришла во ВГИК. Это была обычная практика: киношники всегда приходили в вуз посмотреть, какие кадры подрастают, кого из молодежи подключить к съемкам. К тому же она искала молодого актера на небольшую роль в фильме «Мичман Панин». В аудитории шел экзамен по вокалу. Студент Куравлев под аккомпанемент рояля пел романс «Сомнение»: «Уймитесь, волнения страсти». Для пущей уверенности он выбрал сидящую в аудитории Софико Чиаурели и глядя ей в глаза, «объяснялся в любви». Он пел проникновенно, с большим чувством, помогая себе выразительной мимикой и жестами. Вдруг исполнитель романса с удивлением услышал какие-то сдавленные смешки в первом ряду. Покосился в угол и увидел женщину в черном костюме, которая буквально покатывалась со смеху. Это была Софья Абрамовна. С виду неприметный юноша запал ей в душу, покорил своей искренностью, она сразу поняла, что из него может получиться хороший комедийный актер.

После экзамена она подошла к нему и пригласила на пробы на роль кочегара Камушкина. Кстати, в фильме «Мичман Панин» папа здорово спел «Боже, царя храни!». Роль стала его путевкой в жизнь. Это ли не актерское везение — дебют у такого мастера! С Михаилом Швейцером они сохранили хорошие отношения на всю жизнь. И впоследствии папа не раз снимался у Михаила Абрамовича, семь–восемь картин наберется. Одну из лучших своих ролей — Шуру Балаганова — он сыграл в его фильме «Золотой теленок»...

Однако для папы всегда стояла особняком роль Пашки Колокольникова в фильме Шукшина «Живет такой парень», его первая главная роль. Василия Макаровича папа не зря называл своим добрым гением. Куравлева не хотел утверждать на роль худсовет, но Шукшин настоял на том, что Пашу Колокольникова сыграет его друг. Как не раз говорил папа: «Он этой ролью подарил мне счастливую киносудьбу». После премьеры фильма журналисты спрашивали: «Как вам, коренному москвичу, удалось сыграть настоящего сибиряка?» А секрет был прост: он очень внимательно наблюдал за Василием Макаровичем — как тот ходит, как говорит, как жестикулирует, а потом талантливо повторял все это перед камерой.

Паша Колокольников сразу полюбился зрителям. Простой парень, водитель грузовика, вроде совершает простые поступки. И жизнь вокруг простая. Но в груди этого паренька бьется большое и доброе сердце, он искренне радуется, когда уокружающих все хорошо. И старается помочь людям. Естественно, после этой картины Куравлева заметили, его стали приглашать и другие режиссеры. А ведь папа всегда говорил, что ему очень повезло с режиссерами. Так или иначе, актерская среда всегда конкурентна. На одну роль претендуют три–пять человек, а выберут одного. Кто-то мог подумать, ага, ну конечно, они же с Гайдаем дружат, он его и берет. Но если бы в кино снимали только по знакомству, успеха у фильмов не было бы.

Леонид Гайдай — тоже особенная страница в папиной жизни. В фильме «Иван Васильевич меняет профессию» на роль Жоржа Милославского претендовали Андрей Миронов, Георгий Бурков, Вячеслав Невинный, Анатолий Кузнецов. В конце концов выбрали папу. Жорж Милославский в исполнении Куравлева, на мой взгляд, ярчайший персонаж. Он вошел в золотой фонд советской комедии...

Папа с мамой прожили вместе больше полувека. Познакомились совсем юными на городском катке в Измайлово. Это было любимое зимнее развлечение для детей и молодежи. И сейчас-то на каток люди ходят с большим удовольствием, а в те времена, наверное, особенно. Все выглядело очень празднично: сверкал лед, горели огоньки, играла музыка. Папе в тот момент было 16 лет, а маме — 13. Жили они рядом, но для девочек и мальчиков были раздельные школы. Так они стали чаще общаться, гулять, ходить в кино, на каток. Когда повзрослели, начали встречаться. Я не знаю, просил ли папа руки и сердца классически, или все происходило подругому. Во всяком случае, когда он окончил ВГИК, они поженились. Папе тогда было 24 года, а маме — 21. Мама взяла папину фамилию: была Нина Пономарева, стала Нина Куравлева.

Папа стал часто сниматься, вскоре к нему пришла известность. К популярности мужа мама относилась спокойно и с пониманием. Сама она выбрала педагогическую карьеру и стала учителем английского языка.

Когда я родился, папа назвал меня Василием в честь Василия Макаровича Шукшина. К тому же мамин папа, мой дедушка, тоже был Василием. Василий Иванович Пономарев прошел войну, потерял правую руку. Так что я ношу имя Василий в честь Шукшина и дедушки Васи. Из роддома меня привезли в Кунцево. К тому времени родители переехали туда в трехкомнатную квартиру. До этого родители с сестрой жили в Бескудниково. Когда папе дали звание заслуженного артиста РСФСР, ему и выделили эту квартиру в доме 4 по Можайскому шоссе. Мы жили на двенадцатом этаже в двенадцатом подъезде, такое вот интересное совпадение. В нашем подъезде тоже какие-то киношники проживали.

Кстати, я недавно, перебирая архив, нашел старый киножурнал. Весь номер был посвящен артисту Леониду Куравлеву и его ролям. А на развороте — большая цветная фотография нашей квартиры: папа стоит в красной рубашке, а я, двухлетний пацан, важно сижу на деревянном коне. Это был где-то 1980 год...

Папа получил права и купил «Жигули» только в 1983-м. Мне тогда было пять лет. Это была оранжевая шестерка, правда, экспортный вариант, с велюровым салоном. Папа водил, но не так чтобы он это очень любил. Хотя в Москве ориентировался прекрасно, и в тот момент семье действительно нужен был автомобиль. Но он все равно продолжал пользоваться время от времени служебным транспортом съемочных групп.

По тем меркам у нас была хорошая советская семья, жили в достатке, грех жаловаться. В Кунцево прошло мое детство, там я и в школу пошел. Помню один смешной эпизод. Мне уже лет десять, а я все еще сплю на старой детской кроватке, из которой явно вырос.

— Мам, может, мы новую кровать мне купим? Эта мала уже.

— Вась, давай папа со съемок приедет, тогда и поговорим.

А у меня ноги уже с нее свешиваются! Через какое-то время опять у мамы спрашиваю: ну что с кроватью-то? А папа снова на съемки уехал. И тут маму осеняет идея. Она из прихожей приносит стопку фанерок: «Вась, давай-ка мы их тебе положим под ноги и удлиним кровать».

А ведь на этих фанерках с одной стороны были наклеены папины черно-белые фотографии в роли Робинзона Крузо. Их было штук десять, достаточно большого размера. И мне почему-то сразу эта идея пришлась по душе: так здорово перед сном было представлять, как там жил Робинзон на необитаемом острове. Еще около года я спал на этой «удлиненной» кровати. Потом, конечно, родители купили мне новую.

Кстати, этот великолепный приключенческий фильм Станислава Говорухина в СССР посмотрело 26 миллионов человек. Он и за рубежом был популярен, особенно в Латинской Америке и странах Восточной Европы. Знаю, что сам папа был очень рад сыграть Робинзона, попробовать себя в этой роли было интересно и ценно для него...

У родителей были партнерские отношения. Если бы этот вопрос задали папе, он бы не раздумывая сказал: «Ниночка, конечно!» А если бы спросили маму, она бы ответила: «Он же мужчина, конечно же, Ленечка главный в нашей семье». Думаю, так и было.

В чем секрет их долгой и счастливой семейной жизни? Папа не любил говорить на личные темы, но где-то обмолвился, что в их семье ничего специально не делалось, никто не ставил друг другу условий, клятв не давал. Просто двое любящих людей жили рядом, верили друг другу, доверяли, уважали. Никто никого не пытался перевоспитывать, подгонять под себя. Как две половинки встретились. Папа всегда с работы торопился домой, а мама всегда ждала его возвращения. Он не был деспотом, не заставлял ездить с ним на съемки, не держал ее под замком, не заставлял бросить работу. Мама, кстати, в конце 60-х годов улетела с делегацией в Англию почти на месяц по обмену опытом. И папа не возражал, отпустил ее, конечно же. На доверии все.

Папа всегда восхищался маминой красотой, ее образованностью и начитанностью, великолепным знанием английского языка. А мама не властвовала, не подавляла. Помогала во всем.

Еще могу сказать, что у них сложилась интересная традиция: если предлагался новый сценарий, первой его читала мама. И это объясняется не только тем, что ей было интересно. Помимо этого, в топовые годы своей кинокарьеры папа мог быть занят в нескольких картинах, а уже поступало следующее предложение. Если на ночь, например, он прочитает новый сценарий, а утром надо играть совершенно другого человека в других условиях и у другого режиссера, то работа в текущем фильме может и пострадать, а ведь актеру надо беречь свой образ. Вот он сначала маме и отдавал их на прочтение. Конечно, она потом ему рассказывала, что, как и почему. И этот сценарий спокойненько ждал своего часа. Естественно, она давала свои оценки, выносила суждения. Папа всегда прислушивался к ее мнению, но окончательное решение, само собой, было за ним.

Честно говоря, не помню, чтобы папа репетировал с мамой. А вот роли он частенько учил при мне. Бывало, не обращая на меня внимания, проговаривает монологи или диалоги своего героя. Ему не так легко давалось запомнить слова, поэтому он и подходил к этому делу очень ответственно...

У нас с папой была особая любовь к спорту. Когда я всерьез увлекся теннисом, папа старался доставать мне дефицитные теннисные аксессуары. Сам он был страстным футбольным болельщиком. Всегда болел за команду ЦСКА, в то время ЦДКА. Они в молодости с мамой даже на стадион ходили на футбольные матчи. Как-то, уже в XXI веке, на него вышел вратарь Игорь Акинфеев, и у них с папой завязалась дружба, они общались время от времени. Папа даже давал интервью в честь 100-летия ЦСКА. А когда папы не стало, Игорь написал на своей странице в социальных сетях: «Любимый актер. Светлая память»...


© 7 дней
/ Исторический калейдоскоп /