20 февраля 1938 года в Ленинграде, в подвале одного из следственных изоляторов НКВД, был расстрелян как «враг народа» и «троцкист» советский поэт Борис Корнилов, ему было 30 лет. Где захоронен его прах неизвестно.
Он не участвовал ни в революции, ни в Гражданской войне, но все его творчество было пронизано пафосом и романтикой боев за светлое завтра и строительства нового, прекрасного, «социалистического» общества. Вряд ли он, активный комсомолец 20-хх, думал, что очень скоро кажущееся таким родным и воспеваемое им государство его же и раздавит.
Писал стихи к известным тогда песням. Например, эту вот песню Шостаковича на стихи Бориса Корнилова, знала и пела вся страна. Она стала одной из самых узнаваемых мелодий эпохи, строки эти многие помнят и сейчас…
Нас утро встречает прохладой,
Нас ветром встречает река.
Кудрявая, что ж ты не рада
Весёлому пенью гудка?
Не спи, вставай, кудрявая!
В цехах звеня,
Страна встаёт со славою
На встречу дня.
И радость поёт, не скончая,
И песня навстречу идёт,
И люди смеются, встречая,
И встречное солнце встаёт -
Горячее и бравое,
Бодрит меня.
Страна встаёт со славою
На встречу дня…
После смерти Корнилова и вплоть до его реабилитации в 1957 г., во всех песенниках его стихи обозначались как «народные».
Первым браком Корнилов был женат на Ольге Берггольц, известной советской поэтессе, так же посвятившей свои стихи теме революции и коммунистической партии, ставшей широко известной уже после войны - благодаря трагической теме Ленинградской блокады. И хотя они довольно быстро развелись, а их совместная дочь умерла в раннем возрасте, Берггольц продолжала любить Корнилова и сначала не верила в его гибель. Сама Ольга, будучи беременной, также была арестована, перенесла пытки и издевательства, после побоев на допросе родила мертвого ребенка. В 1939 году ей удалось выйти на свободу. После освобождения она вспоминала: «Вынули душу, копались в ней вонючими пальцами, плевали в неё, гадили, потом сунули обратно и говорят: живи!».
Борису Корнилову она в 1939 году, когда ей было 29 лет, посвятила следующие строки:
О да, я иная, совсем уж иная!
Как быстро кончается жизнь...
Я так постарела, что ты не узнаешь,
а может, узнаешь?
Скажи!
Не стану прощенья просить я,
ни клятвы напрасной не стану давать.
Но если - я верю - вернешься обратно,
но если сумеешь узнать,
- давай о взаимных обидах забудем,
побродим, как раньше, вдвоем,
- и плакать, и плакать, и плакать мы будем,
мы знаем с тобою — о чем.
На фото конца 20-хх годов Борис Корнилов и Ольга Берггольц, еще вместе
/Исторический калейдоскоп/
20 февраля 1938 года в Ленинграде, в подвале одного из следственных изоляторов Н (Прочитано 1404 раз)