Эта организация, с которой каждый из нас, сталкивается всего несколько раз за всю жизнь – зато в наиболее, если можно так выразиться, зна́ковые моменты… Речь о ЗАГС – как раз 18 декабря 1917 года Совнарком примет декрет «О гражданском браке, о детях и о ведении книг актов состояния». Спешка большевиков понятна – раньше-то эти функции выполняла церковь – но мы не будем вдаваться в политический аспект: гораздо приятней вспомнить собственную свадьбу… Или нет?..
…Как известно, непременным атрибутом этого мероприятия служит одноимённый марш Мендельсона – потому, не слишком плавно, перейдём к гимну «Боже, царя храни», закрытая премьера которого состоялась именно 18 декабря 1833 года – Николай I несколько раз прослушает произведение, останется доволен, и распорядится его обнародовать. Дебют пройдёт в Большом через три недели – в афише творение Львова и Жуковского будет патетически названо «Русская народная песня». Впрочем, по порядку…
…Указывают, что наш дореволюционный гимн слишком уж напоминает британский… это верно, но за пару десятилетий до этого именно «God Save the King» вполне официально был утверждён Александром I, и опубликован под непростым для восприятия названием «Песнь русскому царю «Прими побед венец» на голос английской народной песни «Боже! Спаси царя».
(Надо сказать, утверждённого гимна до этого у России не было вовсе – при Петре I в этом качестве выступал бодрый «Преображенский марш»; при матушке-Екатерине – не менее энергичный полонез «Гром победы раздавайся!»; при Павле, как ни странно, – возвышенный хорал «Коль славен наш господь в Сионе»… выдающиеся произведения, надо сказать!.. Но о них как-нибудь в другой раз – что касается Александра, то его выбор определит внешняя политика… император сколачивал этакий монархический ЕС – и британский гимн, как идеально подходящий идеологически, на некоторое время будет принят, помимо России, двумя десятками стран Европы. (Кто-нибудь заметит – царь, попросту, был англоманом – ну, отчасти и это сказалось…)
Жуковский напишет на английскую музыку текст, опубликованный как «Молитва русских» – существует версия, что к этому делу приложил руку и А. С. наш Пушкин, но, по другому мнению, он, будучи лицеистом, всего лишь допишет пару строф – и они действительно как-то прозвучат на мероприятии локального значения.
…Между тем, времена шли; отношения с Англией портились – и однажды, уже Николай I, выскажется в том духе, что это старьё пора бы заменить – после чего поручит дело флигель-адъютанту Алексею Львову.
…Будущий автор гимна родился в Ревеле. Его отец служил таможенным инспектором, но в душе был музыкантом – потому Алексей уже в семь лет изрядно играл на скрипке. Он не расстанется с ней и позже – когда окончит Институт путей сообщения, и попадёт на строительство военных поселений; молодой прапорщик будет практиковаться после изнурительной работы и засыпать с инструментом в руках… (Со скрипкой, само собой – не с кайлом). Тут он привлечёт благосклонное внимание самого Аракчеева; а позже – обоих императоров: действующего и будущего. В конечном случае, Львов окажется в свите Николая – а там и в кругу семьи, где активно музицировали (между прочим, сам царь играл на трубе). Именно поэтому госзаказ и получит именно флигель-адъютант – а не, скажем, признанный композитор Глинка…
…Князь позже вспоминал: «Задача эта показалась мне весьма трудною… Я чувствовал надобность написать гимн величественный, сильный, чувствительный, для всякого понятный, имеющий отпечаток национальности, годный для церкви, годный для войска, годный для народа, от учёного до невежи. Все эти условия меня пугали, и я ничего написать не мог. В один вечер, возвратясь домой поздно, я сел к столу, и в несколько минут гимн был написан». Воистину, пути музы неисповедимы!..
…Что касается текста, то всё тот же Жуковский будет призван подправить свой собственный (оказывается – такова традиция!..) – получится шесть строчек и шестнадцать тактов:
Боже, Царя храни!
Сильный, державный,
Царствуй на славу нам;
Царствуй на страх врагам,
Царь православный!
Боже, Царя храни!
P.S. …Впрочем, вернёмся в тот знаменательный день – после неоднократного прослушивания, император соизволит обнять и поцеловать автора, со словами: «Спасибо, спасибо, прелестно; ты совершенно понял меня!». Вскоре Львов получит золотую, осыпанную бриллиантами, табакерку с портретом Государя – а спустя полтора десятка лет его герб, по Высочайшему соизволению, будет дополнен словами: «Боже, царя храни!» (Такой же чести удостоится Жуковский). К сожалению, дальнейшая композиторская карьера Львова не задастся – упав с лошади во время парада, генерал-майор начнёт терять слух; он останется при дворе и в полном почёте, но судьбы Бетховена не повторит…
P.P.S. …Жуковский как-то напишет соавтору: «Из всех моих стихов, эти смиренные пять, благодаря Вашей музыке, переживут всех братий своих». (Пять – потому что первый и последний – просто перевод с английского, но тогда уж – четыре?..) Что касается великого Глинки, то он посмертно возьмёт реванш, и «Патриотическая песня» побудет-таки гимном России… Впрочем, это – совсем другая история.
О ЗАГС – и гимне Львова-Жуковского (Прочитано 466 раз)